Форум » Материалистические подходы » Тайна теории прибавочной стоимости К.Маркса » Ответить

Тайна теории прибавочной стоимости К.Маркса

Е.И.Тикунов: Нет на свете печальнее повести, Чем повесть о прибавочной стоимости А.Галич. Песня о прибавочной стоимости Возможно, эту тему многие сочтут не актуальной: дела, мол, давно минувших лет. Однако, уместно заметить, что к некоторым событиям прошлого, особенно судьбоносным, общественный интерес не только не угасает, но даже наоборот: потребность в их осмыслении возникает лишь спустя некоторое время. Нескольким поколениям советских людей уже с детского садика внушали мысль о том, что социализм - самый справедливый и передовой общественный строй, который неизбежно придёт во всём Мире на смену капитализму, потому, что такое общественное устройство не чья-то выдумка, а научно обосновано Марксом. Многие ли сейчас скажут, в чём суть этого научного обоснования и почему за 73 года советской власти социализм, так и не продемонстрировав своих преимуществ перед капитализмом, перещёл не в коммунизм, согласно этому научному обоснованию, а опять в капитализм? Эта статья для тех, кому интересно получить на этот вопрос ясный и исчерпывающий ответ. Неоткрытое «великое научное открытие» Поводом для написания этой статьи послужила книга А. Грицанова и А. Тараса «Научный антикоммунизм и антифашизм», вышедшая в издательстве ФУАинформ летом 2010 г. Те кому небезразлична эта тематика, найдут в этой книге много интересного кроме самого главного, того, что заявлено в самом её названии – научной апологии антикоммунизма. Вскоре после захвата большевиками власти в 1917 году Ленин говорил : «Наша революция победила только потому, что она была научно обоснована». Спустя более чем 50 лет Брежнев заявил буквально следующее: «Сейчас кое кто на Западе ведёт подкоп под теорию прибавочной стоимости Маркса, но мы (т.е. коммунисты) никому не позволим посягать на наше, на святое». Теория прибавочной стоимости Маркса, является по выражению Ленина краеугольным камнем всей коммунистической идеологии, как теории, так и практики. Именно она стала причиной и оправданием тех колоссальных социальных потрясений, жертвами которых стали в двадцатом веке десятки миллионов ни в чём не повинных людей. Поэтому мне не понятно, почему авторы упомянутой книги обошли эту важную тему стороной, никак её даже не затронув. Читатели этой книги, которым не пришлось ни в школе, ни в институте изучать курс политической экономии не поймут, почему коммунисты такие фанатичные противники частной собственности на средства производства. Объяснять это «врождённым состоянием души маргиналов», как дёлают авторы этой книги, не убедительно. Несмотря на то, что все республики, входившие в бывший СССР кое-как отказались от социалистического пути развития, идеологической потенциал коммунистической идеи всё ещё жив. Это проявляется хотя бы в том, что в общественном сознании, как и прежде, бытует мнение, что частная собственность на средства производства неизбежно порождает эксплуатацию человека человеком, т.е. обогащение одних за счет других. Это обстоятельство естественно накладывает свой отпечаток, как на взаимоотношения предпринимателя со своими работниками, так и на принимаемые законы о предпринимательской деятельности. С Марксовой теорией давно уже надо было бы разобраться. Ведь если за семь десятилетий советской власти социалистический способ производства не доказал своих преимуществ перед капиталистическим способом, значит причина не в людях, которые стояли во главе государства, а в так называемом, научном обосновании социализма т.е. теории прибавочной стоимости Маркса. Разоблачая мифы о научности Марксизма, о самом главном мифе «Великом научном открытии» - теории прибавочной стоимости, являющейся фундаментом всего коммунистического мировоззрения, авторы «Научного антикоммунизма» даже не упомянули. Проехали, что называется, мимо. В предлагаемой Вашему вниманию статье, я сделал попытку этот пробел восполнить и доказать, что частная собственность на средства производства не является условием, которое с неизбежностью порождает обогащение собственников этих средств за счёт труда своих наёмных работников. Другими словами. Частная собственность на средства производства не является непреодолимым препятствием для справедливого, но не обязательно равного распределения материальных благ, что лишает коммунистическую идею смысла её существования. Как сейчас, так и во времена Маркса стоимость продукта рассчитывалась по формуле: С с.п. + С З.п. + Р (С с.п. + СЗ.п.) = С п (1) Первые два слагаемые – это потреблённая стоимость средств производства С с.п. и заработной платы С з.п . Третье слагаемое в среднестатистическом случае - это примерно десяти – пятнадцати процентная надбавка к затраченным средствам. Это и есть та самая прибавочная стоимость, заблуждение относительно источника происхождения, которой и привели к катастрофическим социальным последствиям. В своём экономическом учении Маркс утверждает, что прибавочная стоимость, есть ничто иное, как результат живого труда наёмных работников, который безвозмездно присваивается собственником средств производства. Эта якобы научно обоснованное утверждение стало предметом веры коммунистов, поводом для их праведного гнева и руководством к действию – за правое дело идти на смертный бой, т.е. отбирать кровное своё (экспроприировать экспроприаторов). Сам Маркс считал свою теорию прибавочной стоимости самым значительным достижением в своей жизни, а его последователи – великим научным открытием, раскрывающим суть капиталистической эксплуатации. Что же следует из этого «Великого научного открытия»? 1. Оно разделяет всё человеческое сообщество на два антагонистических класса: класс собственников средств производства и класс собственников своёй рабочей силы. 2. Первый класс грабит второй класс не с помощью ножа и топора на большой дороге, а более изощрённым и тонком способом, давая работу второму классу на том оборудовании и на тех заводах и с тем сырьём, которое принадлежит первому классу. 3. Первый класс, безвозмездно присваивая плоды живого труда своих наёмных работников, жиреет, в то время как второй класс тощает. Вот откуда классовая ненависть, да ещё «научно» обоснованная. 4. Без уничтожения института частной собственности справедливое распределение материальных благ, создаваемых вторым классом, в принципе не возможно. И вот тогда, когда эта идея овладеет массами.… Вот вам краткое обоснование неизбежности социализма, как новой общественно – экономической фармации с общенародной собственностью, где прибавочный продукт, создаваемый классом тружеников будет им же, и принадлежать, а не собственникам средств производства. Привлекательность этой идеи объясняется главным образом, не врожденным состоянием души маргиналов и патологическим чувством зависти к чужому добру, а врождённым чувством справедливости, присущим большинству людей. Вот это врожденное чувство справедливости, подпёртое Марксовой «Научной теорией» в сложившихся условиях 1917 года и вызвало действие, которое привело к гигантскому социальному катаклизму, растянувшемуся на долгие десятилетия и не преодоленному до сих пор. Идея социализма, как справедливого устройства общества – хорошая идея, но только в том случае, если верна теория прибавочной стоимости Маркса. Поводов для сомнения в истинности этой теории как сейчас, так и во времена Маркса было предостаточно. Чтобы разобраться в этом довольно таки запутанном вопросе, особенно тем, кто ещё не напрягал своих мозгов этой темой, надо начать с того, с чего видимо начинали отцы политической экономии, как науки У. Пети, А.Смит, и Д. Риккардо. Начать надо с размышления о природе стоимости. Любой товар на рынке представлен в двух своих ипостасях: предметной форме, которую можно осмотреть, обмерять, взвесить, пощупать, понюхать, наконец, и в стоимостной форме, к которой в отличие от шлюхи, по признанию Маркса, не знаешь с какой стороны подступиться. Например. Буханка хлеба «Радзивиловский» стоит 6 тысяч рублей, а дорожный велосипед – 300 тысяч рублей. Мы можем многое сказать о назначении и потребительских свойствах того и другого товара. А что мы можем сказать о стоимости как таковой? Например, о метре, как единицы длины мы можем сказать, что он определён равным 1650763,73 длин волн излучения соответствующего перехода между уровнями 2 р10 и 5 d5 атома криптона 86. Вопрос о стоимости понятен. Что в физической реальности соответствует, например одному рублю, доллару, евро? О стоимости мы пока можем сказать только то, что это понятие отражает тот факт, что существует некая мера, которая делает эти товары соизмеримыми. В нашем примере 50 буханок хлеба эквивалентны одному велосипеду. Что же является той мерой, что позволяет измерить совершенно разные по назначению и по свойствам товары. И хлеб, и велосипед и всё прочее множество товаров есть результат человеческого труда. Они и есть по своей сути овеществлённый человеческий труд. Чтобы испечь хлеб пекарь должен замесить муку, развесить готовое тесто в формы, вставить эти формы в печь и выпекать до готовности. Другими словами. Он совершает определённое количество движений, целью которых является выпечка хлеба. Это количество движений, по Марксу, и есть живой труд, который из формы движение непрерывно переходит в форму вещественного бытия. Аналогичную ситуацию мы видим и на сборочном конвейере велозавода. Слесарь-сборщик совершает определённое количество движений (живой труд) собирая из комплектующих готовый велосипед. Как только выпечка хлеба и сборка велосипеда заканчиваются живой труд становиться прошлым трудом или накопленным трудом. Труд пекаря материализовался в хлебе, а живой труд слесаря в велосипеде. Но труд пекаря, овеществлённый в хлебе, является только частью того количества труда, который в хлебе овеществлён. В самом деле, мука, которую использовал пекарь, ему не с неба свалилась, она результат работы мельника. К зерну, результату работы фермера, мельник присоединил свой живой труд. Но мельник присоединил свой живой труд не только к зерну, но и к мельнице. Таким образом, участников производства хлеба становиться больше. Это и пекарь, и мельник, и фермер и те, кто построил мельницы и учёный селекционер и т.д.. В стремлении собрать всех участников производства нашего хлеба мы дойдём до времён апокрифических, когда наш пращур перешёл к оседлому земледелию. Таким образом, в нашем хлебе, как впрочем, и в любом товаре, овеществлён труд огромного количества людей всёх времён и народов и не в метафорическом смысле, а в самом буквальном. Если сложить все количества живого труда, затраченного всеми участниками производства нашей буханки хлеба, то мы получим полное количество труда, овеществлённого в этом хлебе. Наверное, так или примерно так рассуждали родоначальники политической экономии, принимая в качестве имманентной меры стоимости труд. Это значит, что товары, в которых материализованы равные количества труда, причём не конкретного, а общественно – необходимого, т.е. среднестатистического можно считать эквивалентными или имеющими равные стоимости. Другими словами. Количество труда, материализованное в товаре, и есть его стоимость. Таким образом, труд и есть та мера, которая позволяет измерить несопоставимые по назначению и по свойствам товары. Определение величины стоимости товара количеством материализованного в нём общественного необходимого труда является О С Н О В Н Ы М П О С Т У Л А Т О М всего экономического учения Маркса. В Соответствии с этим постулатом стоимость произведенной продукции равна стоимости потребленных средств производства + стоимость потреблённой рабочей силы. С с.п. + С р.с. = С п. (2) Стоимость рабочей силы Марксом определяется, как стоимость материальных средств, необходимых, и, надо понимать, достаточных, для воспроизводства рабочей силы и содержания самого работника и его семьи. Очевидно, что стоимость продукции, вычисляемой, по формуле (2) меньше чем стоимость той же продукции, вычисляемой по формуле (1).???. Понятно, что говорить о стоимости рабочей силы можно применительно только к какому-то промежутку времени. В третьей части четвёртой главы первого тома «Капитала» Маркс даёт понятие годовой стоимости рабочей силы. Это стоимость материальных средств, потребляемых работником и его семьёй в течение года. Разделив эту стоимость на 365, т.е. число дней в году мы получим стоимость рабочей силы, которую естественно назвать суточной стоимостью или 24 – часовой стоимостью. Т.е. это стоимость материальных средств, потребляемых в течение года, в пересчёте на сутки. Следовательно, 8-часовая или 12-часовая стоимость рабочей силы – есть стоимость материальных благ, потребляемых работником, в течение этого промежутка времени. В этой связи под дневной стоимостью рабочей силы совершенно естественно понимать стоимость материальных благ, потребляемых работником, в промежуток времени равный продолжительности рабочего дня. В своём экономическом учении Маркс представляет рабочую силу как товар, который продается и покупается по его стоимости, как и всякий прочий товар. «Изо дня в день с публичного торга он (рабочий) продаёт 8, 10, 12, 15, часов своей жизни» Карл Маркс «Наёмный труд и капитал» Таким образом, продавая свою рабочую силу, на 8, 10, 12, 15 часов как товар по его стоимости работник взамен получает точный денежный эквивалент тех материальных благ, которые он потребляет в течение этих 8, 10, 12, 15 часов и не более того. У вдумчивого читателя не может не возникнуть вопрос: «А кто же или что же обеспечивает существование работника в оставшиеся 16, 14, 12, 9 часов суток, т.е. вне производственного процесса? Далее я буду приводить фрагменты текста из всемирного бестселлера Маркса под названием «Капитал» и комментировать их. Желающие удостовериться в точности цитируемых частях текста могут это сделать, обратившись к первому тому «Капитала» отдел 3 гл. 5 ч. 2 – процесс увеличения стоимости, именно здесь вся его теория прибавочной стоимости, которую его последователи считали и считают великим научным открытием, раскрывающим тайну и суть капиталистической эксплуатации. Во времена Маркса продолжительность рабочего дня ровнялась 12-ти часам. Поэтому стоимость потреблённой рабочей силы равна половине суточной стоимости этой силы. Прокомментируем теперь формулу 2. Слово Марксу. «…потому что стоимость продукта, выходящего из процесса равна только сумме товарных стоимостей, брошенных в этот процесс» Эта отчеканенная формулировка Маркса имеет и другое звучание. Расходы на производство продукта в точности равны доходам от его реализации. Понятно, что в этом случае капиталисту прибыли от своего предприятия не видать как своих ушей. Рабочий тоже получит лишь точный денежный эквивалент, своей затраченной рабочей силы, т.е. ровно половину суточной стоимости этой силы. Но в отличие от средств производства, станка, машины, трактора, которые рабочий в конце дня отключат себя он отключить не может чем бы он ни занимался в своё свободное время даже во сне его организм продолжает работать, изнашиваться и потреблять энергию. А где её взять? Если он заработал, согласно основному постулату, ровно столько, сколько и затратил в процессе труда, т.е. половину своей суточной стоимости. Поскольку истории случаев массовой кончины пролетариев по такой причине не известны, постольку приходиться совершить насилие над логикой Маркса и признать, что стоимость продукта, выходящего из процесса должна быть строго больше суммы товарных стоимостей, брошенных в этот процесс. Это означает, что стоимость продукта не может измеряться количеством материализованного в нем общественно необходимого труда. Этому, казалось бы, парадоксу будет дано объяснение во второй части этой статьи, а пока продолжим вникать в Марксово учение. «Мы знаем, что стоимость товара определяется количеством труда» Этим определением Маркс обрекает на бесприбыльное бытиё не только ненавистную ему буржуазию, но и на голодную смерть горячо любимый им весь мировой пролетариат. Когда читаешь эту главу, невольно возникает ощущение что это экспромт, что Маркс пишет быстрее, чем думает о том, что пишет. Основной постулат его учения не указывает на источник прибавочной стоимости, и Маркс вводит в своё учение ещё один постулат. Он наделяет рабочую силу способностью создавать стоимость большую, чем стоимость самой рабочей силы, что противоречит его же основному постулату, т.е. стоимость выходящая из процесса будет уже больше чем стоимость, брошенная в этот процесс. Это говорит о качестве логического мышления учителя всего мирового пролетариата. Если не вникать в подробности, то изложение Марксовой теории прибавочной стоимости займёт всего несколько строк. Рабочая сила – это товар, который продается и покупается. Стоимость этого товара Марксом определяется стоимостью материальных средств необходимых и достаточных для воспроизводства рабочей силы, т.е. это стоимость содержания работника, его семьи и стоимость профессиональной подготовки замены работника по старости лет. Этот товар отличается от всех прочих одним специфическим свойством – создавать стоимость, превосходящую стоимость самой рабочей силы. Доказательством этого утверждения Маркс себя не утруждает. «В это надо верить!!!» Приобретая рабочую силу как товар по его стоимости, потребляя его, капиталист извлекает прибыль равную разнице между созданной рабочей силой стоимостью и стоимостью самой рабочей силы. Безвозмездно присваивая результаты труда наемных работников, класс собственников средств производства паразитирует за счёт тех, кто своим трудом создаёт эту прибыль, т.е. за счёт рабочего класса. «И таков экономический строй всего нашего общества: рабочий класс является тем единственным классом, который производит все стоимости» Карл Маркс «Наёмный труд и капитал» Как следствие отсюда вытекает разделение всего общества на два антагонистических класса, противоречие между которыми может разрешиться только в вооружённой схватке между ними. «…что всякое социальное преобразование останется утопией пока пролетарская революция и феодальная контрреволюция не померяться оружием в мировой войне» Карл Маркс «Наёмный труд и капитал» Наверное так или примерно так организаторы «Союз за освобождение рабочего класса» Ленин, Плеханов и К0 втолковывали полуграмотным рабочим в подпольных кружках учение Маркса. Всё это учение о прибавочной стоимости кажется, на первый взгляд вполне логичным и убедительным в популярном изложении пока не начнёшь рассматривать его более подробно, присматриваясь к деталям в самом первоисточнике. А детали следующие. При продаже рабочей силы предполагалось, что её дневная стоимость равна 3 шиллинга, что в последних воплощено 6 рабочих часов и что следовательно это количество труда требуется для того чтобы произвести среднюю сумму жизненных средств рабочему на один день» Прокомментируем этот абзац. Из этого текста следует, что рабочий, продавая свою рабочую силу как товар на один рабочий день (12 часов) и получая за это 3 шиллинга, являющиеся 12-ти часовой стоимостью рабочей силы обеспечивает своё существование материальными средствами только на эти 12 часов и не более того. Но рабочий – не электрическая лампочка, которую в конце рабочего дня можно выключить. Он и вне производственного процесса продолжает потреблять энергию и материальные средства жизнеобеспечения. А где он их возьмет, если свой товар – рабочую силу он продал по его стоимости, которая обеспечивает его существование в течение только 12-ти часов. В этом же абзаце мы читаем, что рабочий создаёт 3 шиллинга в течение 6-ти часов. Значит, в течение 12-ти часов он создаёт стоимость в шесть шиллингов, т.е. в два раза превосходящую дневную стоимость рабочей силы. Каким образом рабочий создает стоимость в два раза превосходящую его дневную стоимость, Маркс умалчивает, потому что и сам не знает. Зато объясняет, каким образом капиталист присваивает эту новую стоимость, созданную рабочей силой. Из произведенной рабочей силой за 12 часов стоимости в шесть шиллингов три шиллинга идут на оплату 12-ти часовой стоимости рабочей силы, как товара, а оставшиеся три шиллинга (прибавочная стоимость) капиталист положит в свой карман. Подводя итог своим бухгалтерским выкладкам, Маркс с удовлетворением заключает: «Наконец фокус удался!». Здесь он имеет в виду то, что ему удалось объяснить, каким образом капиталист, не напрягаясь, извлекает прибыль от своего предприятия. Однако Маркс совсем забыл о том, чтобы рабочий на следующий день смог в полном здравии приступит к работе кто-то должен поддержать его существование в оставшиеся 12 часов суток. Ибо, продавая свою рабочую силу как товар на 12 часов, он обеспечивает своё существование только на эти 12 часов и не более. Созданная рабочей силой прибавочная стоимость в три шиллинга, как раз в точности и покроет материальные расходы рабочего в оставшиеся 12 часов после окончания рабочего дня. Это значит, что в рассмотренном Марксом примере капиталист, хочет он того или нет, но прибавочную стоимость в три шиллинга созданную рабочей силой, ему придётся отдать рабочему, чтобы продлить его пролетарское бытиё. Не будем пока торопиться с выводами, а продолжим вникать в его учение и накапливать впечатления от логики его неординарного мышления. В приведённом Марксом примере капиталист, владелец прядильной мастерской, нанимает на работу рабочего-прядильщика, который должен за12 часов работы 20 фунтов хлопка с помощью такого средства как веретено превратить в 20 фунтов пряжи. Стоимость хлопка, веретён, пряжи и 12-ти часов труда – величины известные, рыночные. Это 20 шиллингов за 20 фунтов хлопка, 4 шиллинга за износ потреблённых веретён, 30 шиллингов за 20 фунтов пряжи и 3 шиллинга за 12 часов труда. Если к первым трём стоимостям вопросов не имеется, то к последней таковой возникает. Три шиллинга за 12 часов труда Маркс называет дневной стоимостью. Запомним это. «Присмотримся к делу поближе. Дневная стоимость рабочей силы составила три шиллинга, потому что в ней самой овеществлена половина рабочего дня, т.е. потому, что жизненные средства, ежедневно необходимые, для производства рабочей силы стоят половины рабочего дня... то обстоятельство, что для поддержания жизни рабочего в течение 24-х часов достаточно половины рабочего дня…» Если быть корректным в определении понятия рабочей силы как товара, то правильней было бы назвать товаром не рабочую силу, а время потребления рабочей силы. В советские времена были магазины проката бытовой техники. Напрокат можно было взять приёмник, магнитофон, холодильник, велосипед и даже автомобиль. Например, стоимость велосипеда, на те ещё деньги была 70 рублей. Но велосипед не продавался. Продавалось время его потребления, т.е. товаром было время потребления велосипеда. Пусть его эксплуатационный ресурс равен 400 часов, т.е. за это время можно проехать около шести тысяч километров. Нетрудно подсчитать стоимость потребления велосипеда за один час. Это будет 17.5 копейки. Стоимость проката за 12 часов составит 2 рубля и 10 копеек. Таким образом, заплатил 2.10 и катайся 12 часов. Аналогично обстоит дело и с рабочей силой. Если годовая стоимость рабочей силы определяется Марксом стоимостью материальных средств, потребляемых рабочим в течение года, то часовая стоимость потребления рабочей силы будет равна годовой стоимости, делённой на 365х 24. Следовательно, дневная стоимость потребления рабочей силы то ли 8-часовая то ли 12-часовая – это стоимость материальных средств, потреблённых рабочим за этот временной интервал, и не более того. Из приведенного абзаца видно, что капиталист, покупая потребление рабочей силы на 12 часов и потребляя её 12 часов в сутки, оплачивает её потребление как за 24 часа. Но читаем дальше. «Владелец денег оплатил дневную стоимость рабочей силы, поэтому ему принадлежит потреблений её в течение дня (дневной труд)» Если этот абзац объединить с предыдущим, то получается, что капиталист оплатил суточную стоимость рабочей силы, поэтому ему принадлежит потребление в течение суток. Но потребляет рабочую силу он только 12 часов, т.е. оплачивает товар (время потребления рабочей силы) по цене, в два раза превышающей её стоимость. Теперь скажите, где вы видели такого капиталиста, который покупал бы товары в два раза дороже их стоимости. Только у товарища Карла Маркса в его «Капитале». Три шиллинга, выплачиваемые капиталистом рабочему не могут быть и 12-ти часовой стоимостью потребления рабочей силы как товара. В рассмотренном случае капиталист может присвоить прибавочную стоимость (3 шиллинга) если отключит от жизни рабочего и его семью на 12 часов. А это абсурд! Поэтому три шиллинга, выплачиваемые капиталистом рабочему – это не стоимость его как товара, а заработок за 12часок труда. Он покрывает его материальные расходы в течение суток. Затрачивая за 12 часов труда 1.5 шиллинга потребленной стоимости своей рабочей силы, рабочий получает 3 шиллинга. «поэтому стоимость создаваемая потреблением рабочей силы в течение одного дня вдвое больше чем её собственная дневная стоимость» Стоимость потребленной рабочей силы в течение дня, т.е. 12-ти часов составила 1.5 шиллинга. Поэтому стоимость, создаваемая потреблением этой силы, если следовать Марксу, должна быть равна три шиллинга. Но Маркс имеет в виду под дневной стоимостью не 12-ти часовую стоимость рабочей силы, а 24-х часовую стоимость, что никак нельзя признать корректным, потому что в этом случае в стоимость товара (пряжа) должна включаться не потреблённая в процессе прядения стоимость рабочей силы. А это абсурд. Прибавочная стоимость 1.5 шиллинга, созданная рабочей силой за 12 часов не присваивается капиталистам, а составляет 50% заработка рабочего.

Ответов - 228, стр: 1 2 3 4 5 6 All

Е.И.Тикунов: Если от стоимости пряжи (30 шилл) отнять стоимость хлопка (20 шилл), потреблённую стоимость веретён (4 шилл), заработок рабочего (3 шилл) то останется 3 шилл., которые и положит в карман капиталист, нисколько не мучаясь угрызениями совести, что присвоил чей-то труд, потому что эти 3 шилл. не являются стоимостью, созданной рабочей силой. Это следует из примера, рассмотренным самим же Марксом, но доведенным до логического конца и должно быть понятно каждому, не страдающему хромотой логического мышления. Что бы в рассмотренном примере утверждать, что 3 шилл. присваиваемые капиталистом, созданы рабочей силой надо чтобы эта рабочая сила обладала способностью создавать стоимость не в два, а по крайней мере в четыре раза превосходящую потреблённую стоимость рабочей силы. Но это нужно доказать. Такого доказательства нет ни у Маркса, ни у его последователей. В этом не трудно убедиться, взяв любой учебник политической экономии. Например, в учебнике, изданном в 1982, году доказательства присвоения капиталистом прибыли, созданной рабочей силой основано на предположении что рабочая сила создает стоимость в два раза больше чем её дневная стоимость, как и у Маркса. Т.е. постулируется то, что само нуждается в доказательстве. В последнем учебнике (1990 г.) авторы вообще не утруждают себя никакими доказательствами. Цитирую страницу 167 этого учебника: «Наёмный рабочий, при вступлении в сделку с капиталистом получает от него лишь эквивалент [ потреблённый ] стоимости рабочей силы и ничего более. Своим же трудом он не только воспроизводит стоимость рабочей силы, но создаёт и прибавочную стоимость, а капиталист присваивает этот результат неоплаченного труда наемного рабочего» Слово, взятое в квадратные скобки, в процитированном тексте отсутствует и, как я полагаю, не случайно. Понятно, что в стоимость продукта входят потреблённые стоимости средств производства и потреблённая стоимость рабочей силы. В самом деле, не может же в стоимость молотка весом 200 г входить стоимость железа, весом 10 кг, которого хватило бы на добрую кувалду. Точно так же не может входить в стоимость продукта не потреблённая стоимость рабочей силы, т.е. её затраты вне производственного процесса. Поэтому если рабочий получает от капиталиста лишь эквивалент потреблённой стоимости рабочей силы, то он получает ровно столько, сколько и затратил в процессе производства и не более. А это абсурд. Поэтому слово, взятое в квадратные скобки, в тексте отсутствует, ибо его присутствие делало бы этот абсурд очевидным. Если первая часть процитированного текста абсурд в скрытой форме, то утверждение во второй части не подкрепляется вообще никаким доказательством. Читая Марксову «повесть» о прибавочной стоимости, то там, то сям натыкаешься на логические неувязки и противоречащие друг другу утверждения. Например, на ст. 203 т.23 читаем «стоимость продукта, выходящего из процесса равна только сумме товарных стоимостей, брошенных в этот процесс». В конце ст. 205 читаем «…таким образом, брошенные в процесс 27 шиллингов превратились в 30 шиллингов» Утверждение «Владелец денег оплатил дневную стоимость рабочей силы, поэтому ему принадлежит потребление её в течение дня (дневной труд)» человек с невывихнутыми мозгами поймёт так. Дневная стоимость и дневной труд относятся к одному временному интервалу, равному продолжительности рабочего дня. Однако у Маркса дневная стоимость это 24-х часовая стоимость, а дневной труд может быть и 8 и 10 и 12 и 15 часов труда. Далее. Маркс пишет, что капиталист бросает в процесс прядения 27 шилл. Это 20 шилл. за хлопок, 4 шилл. за веретено и 3 шилл. за рабочую силу. Но за 12 часов труда стоимость потреблённой рабочей силы составила только 1.5 шилл. Следовательно, в процесс бросается не 27 шилл., а только 25.5 шил. И, наконец, самое главное, Маркс утверждает, что рабочая сила в течение шести часов создаёт стоимость в 3 шилл., обеспечивающих его материальными средствами на сутки. Т.е. за 12 часов его рабочая сила создаёт стоимость в 6 шиллингов, в четыре раза превосходящую потреблённую стоимость. Откуда он это взял и где доказательства? Не жалея чернил и бумаги на несущественные и даже ненужные мелочи типа «чем целесообразнее труд тем выше качество пряжи» о главном он говорит как бы вскользь, между прочим, как о само собой разумеющемся. Т.23, ст.183 «В рабочей силе ежедневно овеществляется половина дня общественного труда, т.е. требуется половина рабочего дня для ежедневного производства рабочей силы». Из этого недоказанного утверждения вытекает вся его теория прибавочной стоимости. При вдумчивом чтении пятой главы первого тома «Капитала» Марксова теория прибавочной стоимости оказалась ни чем иным как логически противоречивой, запутанной попыткой объяснить происхождение прибавочной стоимости своеобразной формой воровства и обвинить в этом воровстве собственников средств производства, разобраться к которыми пролетариат может только с оружием в руках. Вся эта наукообразная галиматья, изложенная в этой главе, и получившая название «Теории прибавочной стоимости» стала краеугольным камнем всего коммунистического мировоззрения, научным обоснованием неизбежности смены капитализма новым общественным строем – социализмом. Теория прибавочной стоимости Маркса есть то «Великое научное открытие» которое ввело в заблуждение и в искушение десятки миллионов людей в 19-м,20-м и даже в 21-м веках, вера в истинность которого стала и до сих пор остаётся религией дураков. Кто же кого эксплуатирует? Где-то примерно в 1988 году, когда предметом моего увлечения было то, о чём я здесь пишу, по какому-то странному стечению обстоятельств мне в руки попала страница, вырванная из журнала «Юность» за 1987 г.. Художник изобразил на ней Маркса с лукавым прищуром глаз хитреца и чью-то руку, начинающую сбривать его (по выражению Герберт Уэльса) огромную, запутанную и бессмысленную, как и весь его «Капитал» бороду. Судя по тому, что КПРФ хоть изрядно поредевшая но всё же одна из самых многочисленных партий родины Октября, бороду учителю всего мирового пролетариата никто до конца так и не сбрил. Поэтому я продолжу то разбирательство, которое начал в первой части этой статьи. Как было установлено, Марксом не доказано, что живой труд наёмных рабочих является источником прибавочной стоимости, безвозмездно присваиваемой капиталистом. Из того же примера, который рассмотрен Марксом следует, что прибавочная стоимость, созданная потреблением рабочей силы составляет 50% дневного заработка рабочего, а 3 шилл. присваиваемые капиталистом сверх понесённых им затрат имеют пока непонятное происхождение. Не найдя ответов в экономической литературе на этот вопрос, я предпринял собственные поиски этого источника. За истекшие более чем 20 лет уверенность в том, что нашел именно его у мене только окрепла. Хотя величина стоимости товара не есть количество материализованного в нём общественно необходимого труда, как было установлено в первой части, тем не менее, чтобы выйти на источник прибавочного продукта надо начать именно с него, т.е. с труда. Труд – это работа руками в содружестве с головой, т.е. это физические и интеллектуальные движения. Поскольку единой количественной мерой всех форм движения материи является энергия, то и труд должен измеряться той же мерой, что и энергия, т.е. джоулем. Известное возражение против этой меры заключается в том, что этой мерой нельзя измерить труд необученный, т.е. простой и одновременно труд квалифицированный, т.е. сложный. Например, труд грузчика и труд инженера, учителя или врача требует разных физиологических энергозатрат. Поскольку труд грузчика требует больших энергозатрат, постольку и вознаграждаться он должен якобы в большем размере, нежели труд инженера или врача. А это нелепо. Поэтому, мол, джоуль в качестве меры труда непригоден. Возражение против джоуля, как меры для измерения количества труда, вызвано ошибочным представлением о том, что процесс труда сопровождается только физиологическими энергозатратами и не более того. В рабочей силе со всей очевидностью видны две её составляющие. Назовём их так: физический потенциал, т.е. собственно телесная форма и профессиональный потенциал, понимаемый как специальные знания и навыки. Понятно, что оба эти потенциала являются продуктами прошлого, т.е. накопленного труда. Чтобы рабочую силу привести в движение в теле работника должен быть запас энергии, достаточный для покрытия физиологических энергозатрат в процессе труда. Эту энергию человек получает с пищей, богатой углеводами. Таким образом, труд – это процесс, в котором потребляются оба потенциала и пища, как источник энергии. Всякое средство производства представляет в своей сущности аккумулированную энергию накопленного труда, которая расходуется по мере потребления этого средства. Обычная лопата является самым ходовым инструментом любого садовода и огородника. Работая этой лопатой, садовод затрачивает, в сущности, не только свою энергию, но и накопленную энергию тех, кто сделал эту лопату. Глядя на поле, вспаханное за день трактором, невольно представляешь тысячи рабочих рук и умных голов, которые вложили в этот трактор свою энергию, и которая, потребляясь, заменяет сотни мужиков с лопатами. Или еще пример для иллюстрации. При ходьбе пешком вы затрачиваете раза в четыре больше энергии, чем при езде на велосипеде на одно и тоже расстояние. Из школьного курса физики известно, что при перемещении тела на расстояние, совершается работа, равное произведению силы на это расстояние. Но эту работу можно сделать в два этапа. Сначала сделать средство перемещения – велосипед, а потом и само перемещение с помощью этого средства. Поэтому полная работа, совершаемая при этом перемещении, будет равна работе, затраченной на изготовление средства перемещения + работе, совершаемой при самом перемещении. Таким образом, при езде на велосипеде, вы затрачиваете не только свою мускульную энергию, но и энергию накопленного труда, аккумулированную в вашем велосипеде. Нефть, газ, уголь, дрова – это всё природные формы накопленной энергии, которая освобождается от этих форм в процессах сгорания, т.е. в природных процессах. Зерно злаков – то же природная форма накопленной солнечной энергии, которая освобождается в физиологических процессах. В этой связи сама собой напрашивается аналогия: в приведенных примерах рассматривать лопату, трактор, велосипед и вообще всякое средство производства как экономическую форму накопленной энергии, освобождение которой происходит в экономических процессах. По этому физический и профессиональный потенциалы работника можно рассматривать как экономические формы накопленной энергии. Эти потенциалы имеют свой энергетический ресурс. Понятно, что ресурс проф. потенциала грузчика меньше ресурса квалифицированного рабочего, ресурс последнего меньше ресурса инженера, врача или учителя. Ресурс проф. потенциала инженера меньше ресурса директора завода и т.д.. Поэтому при всякой работе затрачивается не только мускульная энергия, но и энергетические ресурсы проф. потенциалов работников. Всякий квалифицированный труд, т.е. сложный отличается от простого труда, необученного, большим расходом энергетического ресурса проф. потенциала. Таким образом, джоуль, как мера для измерения количества труда решает проблему редукции сложного труда к простому, которая Марксом осталась не решённой. Этим самым все возражения против джоуля, как меры для измерения количества труда, становятся лишёнными всякого основания. В своём экономическом учении Маркс в качестве меры труда взял время. Тут не нужно иметь большого ума, что бы понять, работнику для реализации своей способности к труду нужно не время, а харч, как источник энергии. Ну да ладно. Оставим в покое старика Маркса. Он, возможно, не был знаком с работами своего современника Д. Джоуля, обосновавшего рядом опытов закон сохранения энергии. Не был, очевидно, знаком с опытами Рубнера и Этуотера, подтвердивших применение этого закона в физиологии. Этого Маркс, скорее всего не знал, но вот нашим современникам, да ещё академикам, авторам последнего учебника политической экономии (1990 г.) такое невежество совсем уж не к лицу. Не утруждая себя доказательством, они, как и их учитель, Маркс, называют время естественной мерой труда. То, что одна и та же работа в физике измеряется джоулем, а в их учебнике временем авторов ни чуть не смущает. Водителям грузовиков платят, например, за тонно-километры, а не за время в пути, пусть даже общественно необходимое. Или ещё пример. Два вида простого необученного труда: труд грузчика и труд почтальона. Один таскает мешки по 50 кг, а другой сумку 5 кг с письмами и газетами. Оба затрачиваю на свою работу 8 часов. Понятно, что считать количества труда грузчика и почтальона равными друг другу абсурдно. Количественное сравнение одного труда и другого должно свестись к сравнению физиологических энергозатрат. И это тоже понятно. Здесь при равных временных затратах затрачиваются разные количества мышечной энергии. Время ничего не стоит. А вот большему количеству затраченной энергии соответствует и большее количество потреблённого харча, а, следовательно, и большая стоимость потреблённого труда, при равных то временных затратах. Так что время для измерения труда такая же естественная мера, как и для измерения расстояния. Не временем, а количеством энергии должен измеряться затраченный труд. Во введении в этом учебнике авторы заявляют: «Политическая экономия – это фундаментальная наука, которая должна проникать с самую суть экономической жизни, вскрыть законы, управляющие экономическими процессами и подсказать пути их использования». Эту фундаментальную науку авторы учебника делят на две науки: буржуазную политическую экономию и пролетарскую. Это напоминает тот маразм, когда в начале 20-х годов прошлого века на волне отрицания всего буржуазного и химию, как фундаментальную науку делили на буржуазную и пролетарскую. Спустя год после издания этого учебника курс политической экономии был исключен из вузовских учебных программ. Наверное, не потому, что отпала потребность проникать в саму суть экономической жизни, а потому, что пролетарская политическая экономия к науке не имеет вообще никакого отношения. Первейшей потребностью человека после воздуха и воды является еда. Добывание еды было основным видом деятельности человека на протяжении многих тысячелетий. Постепенно это становилось уделом всё меньшего числа людей. Деятельность же других становилась уже не связанной с этим древнейшим занятием. Сегодня в развитых странах, например в Голландии, один фермер может прокормить более ста человек. Такое стало возможным благодаря тому, что среди огромного разнообразия продуктов питания есть один, питательная ценность которого или энергоёмкость намного превышает энергию, затраченную на его производство. Этим продуктом является его Величество хлеб – хрестоматийный символ богатства и благополучия. Сырьём для производства хлеба является зерно злаковых растений. Зерно – это не только хлеб, крупы и макароны, т.е. углеводы, дающие человеку энергию. Скормленные скоту оно превращается в мясо, жиры, молоко, яйца. Т.е. зерно обеспечивает человека основным набором питательных веществ: углеводов, белков жиров. Этот набор веществ удовлетворяет потребность человека, как в энергии, так и в материалах, идущих на восстановление отслуживших свой срок тканей организма. При высоком содержании связанной химическими соединениями солнечной энергии (1 кг. Пшеницы содержит 3000 Ккал или 12558 Дж), злаки требуют относительно незначительных затрат труда на их производство. Именно зерну, а точнее кукурузе обязаны своим расцветом цивилизации Майя и Ацтеков. Древний Рим достиг своего могущества благодаря умелому возделыванию пшеницы в первую очередь, а не своим легионам. Без риса не было бы и Великой Китайской стены. Одним словом. Там, где выращиваются зерновые, там возникают и развиваются цивилизации. Там, где этого нет – там чукчи. Поэтому в программах новостей во время уборочной нам сообщают в первую очередь о количестве убранного с полей зерна, как основы нашего благополучия, а не чеснока или укропа. Из одного зерна пшеницы вырастает колос, содержащий не менее двадцати зёрен. Т.е. коэффициент репродуктивности равен двадцати или на профессиональном жаргоне «сам 20». В початке кукурузы, среднем по размеру, я насчитал около 800 зёрен. На стебле таких початков от двух до четырёх, т.е. коэффициент репродуктивности как минимум равен 1500 или «сам 1500». Понятно, что без этого «сам 1500» не было бы возможно: ни гигантские пирамиды толтеков в древнем городе Мезоамерики Теотиаокане, ни циклопические стены Куска, ни чудеса Мачу Пикча. Репродуктивные процессы в растительном мире природы происходили еще до появления человека на земле. Человек же, взрослея и умнея, присмотрелся к этим процессам и стал использовать их с выгодой для себя, встроив в них человеческий фактор, т.е. свою рабочую силу и свои орудия труда. В дикой первозданной природе зёрна злаков, сохранившиеся в земле от прошлого сезона, весной прорастали и превращались в колосья, содержащих зёрен, намного больше их породивших. Таким образом, количество зерна, выходящего из природного репродуктивного процесса намного больше превышало количество зерна, брошенного природой в этот процесс. Сравните теперь это с формулой Маркса: «стоимость продукта, выходящего из процесса равна только сумме товарных стоимостей, брошенных в этот процесс» Даже занимаясь простым собирательством колосьев, наш пращур на эту работу затрачивал меньше энергии, чем получал от собранных зёрен. Доказательство тому – существование нашей цивилизации. В своём трёхтомнике «Материальная цивилизация и капитализм» французский историк Ф. Бродель приводит такие сведения, относящиеся к средним векам. «Работник отрабатывает ежегодно приблизительно 3 тысячи часов. Его семья из 4 человек потребляет в году приблизительно 12 центнеров зерна. Подъём выше линии, соответствующей 100 часов за центнер всегда опасен, выше линии 200 часов – сигнал тревоги, а с пересечением линии 300 часов наступает голод» Это означает, что примерно на 20 воспроизведенных калорий (джоулей) надо расходовать не более одной калории (джоуля) энергии живого труда. При расходе свыше трёх калорий на 20 воспроизведенных наступал голод. Я опять делаю сравнение с формулой Маркса. Если её прочесть в энергетической интерпретации, то получиться, что на одну затраченную калорию воспроизводиться ровно одна калория, или одну картошину весной посадил – осенью одну, точно такую же выкопал. Комментировать тут, как говориться, нечего… Разница между брошенным в процесс зерном и полученным в конце процесса по мере развития технологии постоянно увеличивается. Излишек продовольствия имел своим следствием прирост населения, которое занималось деятельностью, всё менее и менее непосредственно связанной с производством питания. Человек, родившийся в современном мегаполисе, и живущий там может даже и не подозревать, что лежит в основе тех материальных благ, которые его окружают. Поэтому сфокусируем своё внимание на этой основе, т.е. на процесе производства зерна. Рассмотрим все этапы этого производства в порядке их эволюционной очерёдности. Первый этап охватывает тот исторический период, когда процессы репродуцирования зерна, шли в первозданной природе, без вмешательства в них человека. В символической форме это можно отразить следующим образом: G → K p G (3) G – Количество зерна, брошенного природой в процесс → – символ процесса репродуцирования K p – коэффициент репродуктивности, показывающий, во сколько раз количество полученного зерна, больше затраченного природой. Зерно G, брошенное в процесс, является природным накопителем солнечной энергии: проросшие и взошедшие зёрна, превращаются в растения, которые, поглощая солнечную энергию и связывая её в процессе фотосинтеза химическими соединениями, образуют колосья, содержащие зёрен намного больше их породивших. Таким образом, количество зерна, выходящего из природного репродуктивного процесса (3) прямо пропорционально количеству зерна, брошенного природой в этот процесс. Разница (K p G – G) – есть прибавочный продукт, созданный самой природой. Часть этого зерна съедят птушки и разные зверушки, а другая часть следующей весной даст всходы, которые опять будут собирать, и аккумулировать в себе солнечную энергию. Зерно злаков, как уже говорилось, есть по своей сути природная форма накопленной солнечной энергии. На зерновом поле в период вегетации происходит по существу прибавка, прибавление, ПРИБЫЛЬ к энергии проросших семян энергии солнца, величина которой зависит как от репродуктивных свойств самого зерна и его количества, так и от природно -климатических условий. Это полученная за период вегетации солнечная энергия, материализованная в зерне злаков, за вычетом брошенных в процесс, и есть ПРИБАВОЧНЫЙ ПРОДУКТ созданный самой природой. Согласно историческим сведениям, человек стал систематически употреблять в пищу злаки более 15-ти тысяч лет назад, когда от кочевого образа жизни перешёл к оседлому земледелию. Он уже не как зверушка, собирал злаки и поедал их, а оставлял часть собранного зерна на посев. Он научился уже обрабатывать землю, использую при этом самые примитивные орудия труда, но основным его орудием была его рабочая сила, а точнее его физический потенциал. Энергетическим ресурсом его проф. потенциала и ресурсом примитивных орудий труда, ввиду их малости, на этом этапе можно пренебречь. Потребление рабочей силы – это движения, направленные на обработку земли, посев, уход, сбор урожая и сохранение его. Движения – это затраты энергии, которой можно поставить в соответствие определённое количество зерна, как природного энергоносителя. Т.е. количеству потреблённого труда можно поставить в соответствие определённое количество зерна Gp.c. На этом этапе первобытный земледелец встраивает в природный репродуктивный процесс (3) человеческий фактор – свою рабочую силу, затраты которой, измеряются количеством потреблённого зерна Gp.c. Представим это в символической форме: Gc. + Gp.c.→ Kp.Gc (4) Здесь в процесс (4) брошены зерно Gc. и рабочая сила в количестве Gp.c. Из процесса выходит зерно в количестве Kp.Gc, которое должно покрыть не только расходы (Gc. + Gp.c), но и остаток Gп.п. = Kp Gc – (Gc + Gp.c.) т.е. прибавочный продукт должен обеспечить существование семьи земледельца до следующего урожая. Kp.Gc = Gc. + Gp.c. + Gп.п (5) В зерне, вышедшем из процесса (4) материализована энергия посеянного зерна Gc., энергия потреблённой рабочей силы Gp.c , и энергия солнца, материализованная в прибавочном продукте Gп.п На этом этапе излишек произведенного зерна ещё не был настолько велик и постоянен, чтобы стать предметом регулярного обмена. А если излишек и появлялся в урожайный год, то лучше его было сохранить на случай неурожая в следующем году. Поможем нашему первобытному земледельцу решить две такие задачи: 1. Не хватило ему на посев своего зерна – мыши съели часть его семян. Пришлось взять зерна в долг у своего соплеменника в количестве Gc' до нового урожая. Вопрос: Сколько он должен будет отдать зерна из своего нового урожая. 2. Не хватило силёнок у нашего пахаря при уборке урожая, и попросил он помощи у своих соплеменников в размере Gp.c' Вопрос: Сколько зерна из нового урожая он должен будет отдать за оказанную помощь?

Е.И.Тикунов: Если вы считаете, что пахарь должен отдать больше, чем взял, то вы правильно считаете. Но на сколько больше? Это не трудно подсчитать. В процессе (4) отношение произведенного зерна Kp.Gc к затраченному (Gc. + Gp.c.) назовём коэффициентом воспроизводства и обозначим Kв. Если зерно Gc' взятое в долг, бросить в процесс (4) предварительно разделив его не две части: одна часть будет семенным зерном, а другая часть равна затратам рабочей силы то на выходе из процесса мы получим зерно в количестве Kв Gc'. Аналогично решается и вторая задача. Если количество зерна Gp.c' равное затратам рабочей силы при оказании помощи бросить в процесс (4) то на выходе из процесса мы получим зерна в количестве Kв. Gp.c'. Таким образом, если пахарь взял в долг: семенного зерна Gc' то должен отдать Kв Gc' помощи Gp.c' то должен отдать Kв. Gp.c'. В этом простейшем случае хорошо видно (не глазами, конечно, а мозгами), что зерно Gc', которое представляет здесь средство производства, будучи брошенным в процесс, создает зерна в количестве Kв Gc' превосходящем брошенное в процесс, т.е. создаёт прибавочный продукт точно так же, как и рабочая сила. Если перевести это на экономический язык, то это означает, что средство производства, брошенное в процесс, не просто переносит свою потреблённую стоимость на стоимость произведенного продукта, но в ходе самого процесса происходит увеличение этой брошенной в процесс стоимости. Точно такая же метаморфоза происходит и со стоимостью рабочей силы, брошенной в процесс. Процесс (4) можно записать в такой символической форме: G → K в G, где G = Gc + Gp.c (6) Процессы (6) и (3) в своей символической записи неотличимы друг от друга, но в процессе (6) величина G наполнена уже другим содержанием: человеческим фактором Gp.c. Если в процессе (3) G выполняет функция накопителя энергии, то эту же функцию G выполняет в процессе (6). Но в процессе (6) G – это не только семенное зерно, брошенное в процесс, но и зерно равное количеству затраченной рабочей силы Gp.c . Таким образом, рабочая сила в процессе (6) выполняет функцию накопителя энергии так же, как и семенное зерно. В этой связи совершенно естественно рассматривать процесс (6) в качестве эволюционного приемника природного репродуктивного процесса (3). Свойственное природе человека желание иметь больше, чем уже есть имело и имеет своим следствием прогресс технологии. В природный репродуктивный процесс (3) постепенно встраивается, как человеческий фактор не только рабочая сила, но и орудия труда, как усилитель рабочей силы. Я, наверное, не ошибусь, если скажу, что одно из первых таких орудий, выдержавших проверку временем, было рало. Сравните по звучанию с «рылом». Уточняю. Со свиным рылом. Первобытный земледелец увидел, наверное, как дикие свиньи своими рылами буквально вспарывают землю в поисках съедобных корней. Увидел и изготовил из подручных материалов нечто похожее по форме и по воздействию на плотную землю. Использую в качестве тягловой силы лошадь или вола это орудие применялось в земледелии на протяжении многих тысячелетий, на территории России, например, вплоть до XIV века. Понятно, что изготавливать такие орудия имело смысл только в том случае, если применение этого орудия давало существенную прибавку к урожаю. Первобытный земледелец определял это «на глазок». А мы можем дать количественную оценку этой прибавке, меньше или равной которой изготовление этого орудия нецелесообразно. Пусть наш пахарь на изготовление рала потратил труда в количестве G. Допустим, это рало прослужит ему один сезон. Если количество зерна G, которое он потратил на изготовление рала, он бросил бы в процесс (6) то в конце сезона, на выходе из процесса он получил бы зерна в количестве K в G. Это значит, что потребление этого орудия равносильно потреблению зерна в количестве K в G в качестве накопителя энергии, т.е. в качестве брошенного в процесс (6), из которого оно выйдет уже в количестве K в (K в G). Это та величина, меньше которой или равной изготовление орудия труда нецелесообразно. Gc + Gp.c + Go.т. → Kp. Gc (7) Выражение (7) является символическим отражением того исторического факта, когда человек в природный процесс (3) встроил кроме своей рабочей силы её усилитель – орудия труда Go.т. Здесь Go.т – это количество зерна равное K в G где G – количество зерна (труда), затраченное первым земледельцем на изготовление этого орудия труда. Аналогично тому, как в процессе (6) семенное зерно и рабочая сила выполняют функцию накопителя энергии так и в процессе (7) орудия труда, потреблённые в количестве Go.т является накопителем энергии. Gc + Gp.c + Go.т. → Kв( Gc + Gp.c + Go.т.) (8) Где Kв = (Kp.Gc) ∕ (Gc + Gp.c + Go.т.) (9) Со временем на смену рала приходит металлический плуг. На смену лошади – трактор, совершенствуются агротехнические приёмы, селекционеры, генетики улучшают репродуктивные свойства зерна, которое, как и тысячи лет назад, продолжает оставаться единственным первоисточником энергии, приводящей в движение всё цивилизованное человечество. Есть и другие источники, но их энергии недостаточно для возникновения и развития цивилизации. Пример тому – народы Крайнего Севера, не интегрированные в современную цивилизацию. Разница между вышедшим из процесса зерном и брошенным в процесс в форме семян, рабочей силы, средств производства, т.е. прибавочный продукт (зерно) уже не только покрывает годовые потребности земледельца, но и остаётся излишек, который становиться предметом регулярного обмена. На определённом историческом этапе зерно, как продукт первейшей необходимости становиться всеобщим эквивалентом, т.е. выполняет функцию денег. Надо отметить, что зерно имеет двойственную функцию: быть источником энергии, будучи съеденным, и накопителем энергии, когда весной оно бросается в тёплую рыхлую землю. Точно так же и деньги. Их можно проесть, а можно положить на накопительный счёт в банк, т.е. деньги являются всего лишь символической копией естественной формы стоимости - зерна. Понятно, что зерно в качестве всеобщего эквивалента вещь практически неудобная. Поэтому по мере становления цивилизации оно заменяется символом. Например, одному литру зерна можно поставить в соответствие кусок медного стержня, которому путём чеканки предаётся соответствующий внешний вид и обозначается его достоинство. Например, один талер. Таким образом, один талер становится символом одного литра зерна. Зерно же – это форма накопленной энергии. Таким образом, какое бы название ни имел денежный знак: талер, рубль, доллар, евро всё это символы энергии. Поэтому когда говорят об энергии денег то это надо понимать не в метафорическом смысле, а в самом буквальном. В нашем разбирательстве мы будем по прежнему считать зерно формой стоимости, т.е. выполняющим функцию денег. Возьмём любой процесс товарного производства. Пусть G – есть сумма товарных стоимостей, брошенных в этот процесс. Вопрос. Какому количеству зерна будет эквивалентен продукт, выходящий из этого процесса? Совершенно естественно, что этот продукт будет эквивалентен такому количеству зерна, на производство которого затрачено зерна тоже в количестве G. Т.е. он будет эквивалентен зерну в количестве KвG. Поскольку зерно является формой стоимости, то величина KвG и есть стоимость продукта, выходящего из процесса. Установив соответствие между некоторым количеством зерна и его символом, легко перейти к денежной форме стоимости. Зерно, брошенное в репродуктивный процесс, лишаясь своей формы бытия, превращается на выходе из этого процесса в Kв зёрен. Точно так же всякое средство, брошенное в экономический процесс производства, лишаясь своей формы бытия, на выходе из этого процесса материализуется в продукте, выходящем из процесса, со стоимостью в Kв раз превосходящей стоимость средства, брошенного в этот процесс. Как уже ранее говорилось, всякий продукт человеческого труда можно рассматривать как экономическую форму накопленной энергии. Подобно тому, как зерно, брошенное в землю становится природным накопителем солнечной энергии, точно так же всякое средство, брошенное в экономический процесс, становиться экономическим накопителем символов энергии. В первозданной природе коэффициент репродуктивности Kр был задан самой природой. После вмешательства человека в природный процесс этот коэффициент стал содержать в себе человеческий фактор. Например. Ещё в недавние времена высота пшеницы достигала полутора метров. Сейчас же благодаря работе селекционеров и генетиков её стебель стал в пределах 60 см, и питательные вещества больше поступают в колос, образуя зёрен больше и крупнее. Если процесс производства зерна можно рассматривать в качестве эволюционного приемника природного репродуктивного процесса, то всякий экономический процесс товарного производства можно рассматривать в качестве приемника процесса производства зерна, который генерирует коэффициент воспроизводства Kв. Таким образом, если затраты на производство какого-либо продукта известны и равны, скажем, G то стоимость этого продукта будет равна KвG. Это будет именно та величина, отклонениям от которой то в меньшую сторону, то в большую будет подвержена в результате рыночной конъектуры цена этого продукте. Теперь, когда алгоритм образования стоимости стал ясен, можно в самом общем виде дать описание механизма возникновения и роста общественного богатства. Суммарное зерновое поле, поглощая солнечную энергию и связывая её в процессе фотосинтеза химическими соединениями, в конце сезона вегетации выдаёт зерна на много больше, чем было брошено в процесс. Полученная солнечная энергия, аккумулированная в зерне злаков, становится источником энергии сначала для самого производителя зерна, а в последствии для тех, кто не занят этим делом. Чтобы этим последним получить доступ к этой энергии им нужно производителю зерна дать что-то эквивалентное взамен. Излишек произведенного зерна имел своим следствием рост население и возникновение ремёсел. В растительном мире природы рост биомассы планеты происходит за счёт непрерывного поступления на Землю солнечной энергии. Эта же энергия становится первоисточником возникновения и роста общественного богатства. Если в первом случае эта энергия непосредственно усваивается растениями, что приводит к их росту, то во втором случае эта энергия претерпевает ряд метаморфоз. Сначала она материализуется в зерне злаков, которые становятся источником энергии, как для производителей зерна, так и всех, кто не занят этим производством. Приводя в движения физический и профессиональный потенциалы ремесленника, эта энергия материализуется в искусственных формах, создаваемых ремесленником из природного вещества. Орудия труда, жилище, предметы домашнего обихода и др. это всё формы накопленной энергии. Приобретённые знания - это тоже форма накопленной энергии, причём потребление этих знаний, как средства производства приводит не к их износу, а наоборот, к их накоплению в отличие от всех прочих средств производства. Поступающая солнечная энергия постоянно увеличивает биомассу Земли. Она же, претерпевая ряд метаморфоз, посредством человеческой деятельности воплощается в искусственных формах, приводя к их накоплению, т.е. к накоплению богатства во всём его многообразии. Теперь вернёмся к тому самому примеру, на котором Маркс в пятой главе первого томе «Капитала» показывает, каким образом капиталист присваивает прибавочную стоимость, созданную наёмным рабочим. Результат это рассмотрения будет очень впечатляющим …. В своё время он меня шокировал Итак, я напомню. Капиталист бросает в процесс производства пряжи.. 20 фунтов хлопка, веретено и рабочую силу. В стоимостном выражении это будет выглядеть так: 20 шилл. + 4 шилл. + 1.5 шилл. → 30 шилл. (10) Первое слагаемое – это 20 шиллингов за 20 фунтов хлопка, 4 шиллинга – потребленная стоимость веретён и 1.5 шиллинга – стоимость потреблённой рабочей силы. Ранее мы выяснили, что 3 шиллинга, выплачиваемые капиталистом рабочему, и которые Маркс называет дневной стоимостью рабочей силы, не являются ни 12 часовой, ни 24 часовой стоимостью рабочей силы как товара. Иначе мы получаем абсурд. 3 шиллинга – это дневной заработок рабочего за 12 часов труда, который покрывает его суточные расходы. Следовательно, 1.5 шиллинга покрывает его 12 часовые расходы. Поэтому потреблённая стоимость рабочей силы, брошенной в процесс изготовления пряжи, составляет 1.5 шиллинга, что нашло своё отражение в (10). Потребление рабочей силы в течение 12 часов не может быть товаром, потому что стоимость этого товара в точности равна стоимости материальных средств, потребляемых работником в течение этих 12 часов. Поэтому Маркс, говоря о купле и продаже рабочей силы как товара, подменяет действительное желаемым. Он и сам признаётся, что при этой самой купле – продаже никаких денежных расчётов не происходит, а только по истечении какого-то времени, например, недели, когда рабочий поработает, и что-то уже произведёт. Таким образом, потреблённую рабочую силу, стоимостью 1.5 шиллинга рабочий сам оплачивает из своего кармана. Следовательно, капиталист бросает в процесс прядения только хлопок и веретено стоимостью (20 + 4) шилл., а рабочий – свою рабочую силу, стоимостью 1.5 шиллинга. Никакой купли и продажи рабочей силы не происходит. Поэтому не происходит и никаких денежных расчётов. Всё гораздо проще: Встречаются два собственника. Один собственник прядильной мастерской, где уже заготовлены хлопок и веретёна, а другой собственник своей рабочей силы, профессиональный потенциал которой умеет превращать хлопок в пряжу. Один обязуется загрузить другого работой на 12 часов и платить 3 шиллинга в день. Другой обязуется за это время 20 фунтов хлопка превращать в 20 фунтов пряжи. С формальной точки зрения это два компаньона, но с очень неравными долями собственности. Стоимость произведенной пряжи величина известная – 30 шиллингов. Будем считать, что все упомянутые цены рыночно устоявшиеся. Отношение стоимости, выходящей из процесса к сумме стоимостей, брошенных в процесс, как уже говорилось, генерируется процессом производства зерна. В этом примере Kв = 30 ∕ ( 20 + 4 + 1.5) ≈ 1.1764 Хлопок и веретено с суммарной стоимостью 24 шиллинга, брошенной в процесс капиталистом, потребляясь в нём и лишаясь своей формы бытия, материализуются в части пряжи, имеющей стоимость 1.1764 × 24 ≈ 28.2336 Аналогичная метаморфоза происходит и с рабочей силой. Потреблённая рабочая сила, стоимостью 1.5 шиллинга материализуется в части готовой пряжи, со стоимостью 1.1764 × 1.5 ≈ 1.7646 Это значит, что потреблённая рабочая сила, стоимостью в 1.5 шилл. за 12 часов работы создала стоимость всего 1.7646 шиллинга. Нетрудно подсчитать, чтобы работнику заработать 3 шиллинга, покрывающие его суточные расходы, ему нужно работать 20.4 часа, что физически невозможно, если работать ежедневно. Брошенные капиталистом в процесс хлопок и веретено, создали стоимость 28.2336 шилл., т.е. на 4.2336 шилл. больше брошенных в процесс, что на 1.2336 больше, чем капиталист положит в свой карман. Таким образом, выходит, что из созданной прибыли 4.2336 шилл. капиталист берёт себе 3 шилл., а 1.2336 шилл. доплачивает рабочему до 3 шилл., обеспечивающих его суточное существование. В рассмотренном самим же Марксом примере, но доведённым нами до его логического завершения, оказалось, что в заработке рабочего, равном трём шиллингам, только 58.8 % созданы рабочей силой, а 41.2 % созданы средствами производства, не принадлежащими рабочему, т.е. капиталист не только не присваивает результат труда наёмного рабочего, но совсем наоборот, сам по существу дотирует рабочего за счёт средств, созданных его капиталом (накопленным трудом) брошенным в процесс. Наконец мы добрались до того самого места, когда можно расслабиться и задаться вопросом: Это кто же кого эксплуатирует, безвозмездно присваивая плоды чужого труда, бережливости и предприимчивости? Для тех, кто не знаком с историей вопроса, особенно для молодых, напомню. Государственный переворот в 1917 г., который коммунисты называют не иначе как «Великой Октябрьской социалистической революцией» был совершён по существу из за того, что по учению Маркса именно капиталисты присваивают прибыль, создаваемую наёмными рабочими. В действительности же, оказывается всё наоборот. Значит, ошибочка вышла! Выходит, товарищи зря погорячились в 17 - м. Думать надо было, прежде чем с «Лениным в башке и с наганом в руке», как писал Маяковский, уничтожать то, что спустя 73 года пришлось восстанавливать. А зачем думать, если и так было ясно, что капиталист наживается за счёт рабочего. Не особо напрягаясь, капиталисты и помещики имели материальный достаток, который ни в какое сравнение не шёл с достатком рабочих и батраков. Маркс дал «научное обоснование» тому, что вроде было и так очевидно: эксплуататоры и мироеды обогащаются за чужой счёт. Это было так же очевидно, как и то, что солнце вращается вокруг земли. И даже вся Вселенная. А Земля – центр мироздания. Так и считали много тысячелетий подряд потому, что это было именно очевидно для глаз, а ум Коперника увидел совершенно иную картину. Точно так же обстоит дело и в том примере, из которого Маркс вывел свою теорию прибавочной стоимости, не разобравшись в самой сути явления. Предположим в рассмотренном примере, что в мастерской капиталиста работают 30 рабочих прядильщиков. Что бы их всех обеспечить работой в мастерской, к началу рабочего дня должно быть заготовлено хлопка и веретён на сумму (20 + 4) 30 = 720 шилл. Таким образом, капиталист бросает в процесс прядения 720 шиллингов ежедневно. Рабочий же в этот процесс бросает только 1.5 шилл. Прибыль первого составит (3 × 30) т.е. 90 шилл., а второго только (3 – 1.5) т.е. 1.5 шилл. Разница в уровнях материального достатка капиталиста и рабочего объясняется не безвозмездным присвоением чужого труда, а разницей стоимостных ресурсов, брошенных в процесс. Большему ресурсу соответствует, вообще говоря, и большая прибыль. В представлении большинства людей понятие прибыли ассоциируется с бизнесом и понимается как разница между полученным доходом и затраченными средствами. Тот факт, что обычный работник, отрабатывая своё рабочее время и не занимаясь никаким бизнесом, тоже получает, тем не менее, прибыль от своей деятельности, почему-то даже в голову никому не приходит. В рассмотренном примере нетрудно подсчитать, что прибыль рабочего составила 100 %. Затратив 1.5 шилл., что составляет 12 часовую стоимость его рабочей силы, он получает 3 шилл.. В тоже время капиталист, он же эксплуататор и мироед, на потраченные 24 шилл. получает 27 шилл., т.е. прибыль равна 3 шилл., а это всего 12.5% от затрат. В наше время годовой баланс рабочего времени в пересчёте на сутки составляет всего около пяти часов. Это означает, что суточная стоимость нашей рабочей силы примерно в пять, раз превышает стоимость нашей потреблённой рабочей силы, ежедневно бросаемой в процесс примерно на 5 часов. Следовательно наша рабочая сила ежедневно нам приносит прибыль около 400 %. В то же время проценты по сберегательным вкладам в банках колеблются от 7 до 15 %. Мой годовой заработок в перечете на сутки без выходных и отпуска составляет 10 у.е.. Каждый день в течение года я бросаю свою рабочую силу в процесс на 5 часов, т.е. бросаю в процесс 2 у.е., а получаю 10 у.е.. На накопительном счете в банке эти же 2 у.е. за день увеличатся максимум до 2.3 у.е.. Это означает, что наше материальное благосостояние обеспечивается не столько нашим сегодняшним трудом, сколько прошлым, т.е. накопленным в средствах производства даже нам не принадлежащих. Сложившееся в общественном сознании представление, о том, что частная собственность на средства производства неизбежно порождает обогащение собственников этих средств за счёт наёмных работников основано на кажущейся очевидности такого представления, которому и попытался дать научную подпорку учитель всего мирового пролетариата. Такое представление и сегодня продолжает оставаться идейной платформой коммунистов, которых на родине Октября поддерживают 18 % избирателей, похоже, не обременяющих себя размышлениями о том, почему развитой социализм перешёл не в коммунизм, как было обещано, а в капитализм. Поражает такой факт. За 73 года Советской власти миллионы, а скорее даже десятки миллионов студентов вузов, техникумов, высших партийных школ, университетов марксизма – ленинизма изучали политическую экономию, конспектировали труды Маркса, его «бестселлер» «Капитал», взбаламутивший весь мир. Вторая часть пятой главы первого тома «Капитала» занимает всего 13 страниц. Как я уже говорил, при внимательном и вдумчивом чтении, не заметить логическую противоречивость и запутанность Марксовых наукообразных рассуждений просто невозможно. Однако не заметили! Ладно. Студентам это простительно. Им надо было ходить на лекции, писать рефераты, выступать на семинарских занятиях, сдавать зачёты, экзамены, … Короче говоря. Думать им было некогда – надо было учиться. Но если взять тех, кто профессионально погрузился в эту науку, читал лекции, писал учебники. Неужели за 73 года никто из профессионалов так и не заметил, что Маркс ровным счётом так и не представил никакого доказательства того, что капиталист безвозмездно присваивает стоимость, созданную рабочим сверх той, что покрывает расходы на его пролетарское бытиё. Ведь для того, чтобы эту стоимость присвоить её надо сначала произвести. Вместо того чтобы это доказать Маркс это постулирует. Вот как он это делает. «Капитал» том 1, часть 3. «Купля и продажа рабочей силы» Всю массу товаров, потребляемых рабочим в течение года, Маркс делит на 365. «Пусть в этой, необходимой для среднего дня товарной массе заключено 6 часов общественного труда; тогда в рабочей силе ежедневно овеществляется половина дня общественного среднего труда. Т.е. требуется половина рабочего дня, для ежедневного производства рабочей силы. Это количество труда, необходимое для ежедневного производства рабочей силы, составляет её дневную стоимость или стоимость ежедневно воспроизводимой рабочей силы» Тот, кто легковерно проглотил эту наживку, тот уже попал на крючок Марксовой теории. Вместо того, что бы представить доказательство, что рабочий в течение 6 часов своего труда создаёт эквивалент потребляемых им в течение суток жизненных средств, Маркс с лёгкостью фокусника повелевает: «Пусть это будет так». А это значит, что рабочий за полный рабочий день создает стоимость, в два раза превосходящую его суточную потребность. На тринадцати страницах 2 части 5 главы 1 т. «Капитала» Маркс пытается дать наукообразное объяснение тому, как капиталист, не нарушая закон стоимости, безвозмездно присваивает вторую половину, созданной рабочей силой стоимости, а точнее стоимости, созданной Марксовым воображением. Но чтобы уличить Маркса в научной недобросовестности его надо читать, вникать, думать напрягаться. А кому это нужно? Думать то? Если за нас уже подумали основоположники «научного мировоззрения» и целая когорта докторов и академиков пролетарских экономических наук, которые во всех изданных учебниках политической экономии за семь десятилетий недоказанное Марксом называли великим научным открытием, раскрывающим тайну и суть капиталистической эксплуатации. Как было не верить этим корифеям, не думая, не напрягаясь… Вот и верили. Я помню как в школе, на уроках математики мы решали задачи с вычислением сложного процента. Положили вы, скажем, на сберегательный вклад n – ую суммы денег и нужно было вычислить, насколько увеличится эта сумма через м лет, если начисления по вкладу составляют 3 % годовых. В то же время на уроках обществоведения нам популярно втолковывали, что средства производства новой стоимости не создают, а только переносят свою потреблённую стоимость на стоимость произведенного продукта. Помню на заборах, на стенах домов висели плакаты с изображением счастливого советского мужика, держащего в руках серую сберкнижку. И всё это на фоне новенького дома. Вот, мол, накопил и дом купил. Надпись на этом плакате призывала хранить деньги в сберегательной кассе, потому что это надёжно, выгодно, удобно и к тому же 3 % годовых на дороге не валяются. То, что на деньги, положенные на сберегательные вклады должны начисляться проценты мы считали таким же правильным и понятным, как и то, что средства производства, брошенные в процесс новой стоимости не создают. Эти два противоречащих друг другу представления мирно уживались в нашем сознании, не причиняя никакого умственного беспокойства. Когда один молодой человек попросил меня кратко, не влезая в дебри, объяснить ему, в чём суть экономического учения Маркса, я ему сказал: «Если ты сегодня положишь в банк на счёт какую-то сумму денег, то ни через год, ни через 10 лет, ни даже через 1000 лет эта сумма ни на копейку, по учению Маркса не должна увеличиться». Молодой человек посмотрел на меня с недоверием и сказал, что это ведь чушь кокая-то! Да верно, это чушь, но в этом вся суть его теории. В основу своего экономического учения Маркс положил два утверждения, данные им не как результат доказательства, а как то, во что нужно верить. 1. Величина стоимости товара – есть количество материализованного в нём общественно необходимого труда. 2. Прибавочная стоимость создаётся только рабочей силой, все прочие средства производства, брошенные в процесс, лишь переносят свою потреблённую стоимость на стоимость произведенного продукта. Из символической записи процесса производства зерна отчетливо видно, что энергия затраченного труда является только частью той энергии, которая материализована в произведенном зерне. Это означает, что стоимость произведенного продукта всегда будет больше стоимости затраченного труда. Утверждение, что прибавочный продукт создаётся только рабочей силой равносильно тому, что в природном репродуктивном процессе из одного брошенного в землю зерна вырастает колос, содержащий ровно одно зерно. Для тех, кому это не совсем очевидно есть другое доказательство абсурдности этого утверждения. Путь и в самом деле средства производства, т.е. накопленный труд, прибавочной стоимости не создаёт, а создаёт её рабочая сила. Что же такое «рабочая сила»? Это, во-первых, физическое тело работника, а во-вторых, это его профессиональные знания и навыки. И то, и другое это прошлый, т.е. накопленный труд. Что бы привести рабочую силу в движение нужно не время, а харч, как источник энергии. А харч, это то же накопленный труд. Таким образом, в процесс производства бросается только накопленный труд, который, по учению Маркса, ни какой прибавочной стоимости не создаёт, т.е. сколько рублей брошено в процесс, столько из него и вышло. Ведь так Маркс и утверждает, что стоимость продукта, выходящего из процесса, равна только сумме товарных стоимостей, брошенных в этот процесс. Человека кормит только прибыль. Если прошлый труд не создаёт прибавочного продукта значит нет человека, нет деревни, города, страны, нет цивилизации. Верующий в Маркса, открой глаза и посмотри. Всё есть. А значит прошлый, накопленный труд, только он и создаёт прибавочный продукт. К концу своей жизни Маркс наверное и сам это понял, когда отрёкся от своего же учения сказав: «Я не Марксист». В чём же ошибся Маркс? В выборе меры для измерения труда. Не время, а энергия является этой мерой. Два приведенных утверждения, положенных Марксом в основу своего экономического учения, не только противоречат друг другу, но и каждое из них, будучи доведенным, до своего логического завершения приводит к абсурду. Вот на таком теоретическом фундаменте и был построен социализм. Объявив рабочий класс передовым классом, движущей силой прогресса, основоположники «научного мировоззрения» тем самым поставили телегу впереди лошади. Поэтому к концу 80 – х мы приехали туда, куда и приехали. Процессы товарного производства являются ничем иным, как эволюционными приемниками природных репродуктивных процессов, унаследовав от последних их свойства и законы. Поэтому насильственное внедрение в жизнь Марксистского учения, противоречащее этим законам, и привело к катастрофическим социальным потрясениям, жертвами которых стали десятки миллионов людей в разных регионах мира. Вся экономическая история СССР – это цепочка перестроек экономики, начиная от военного коммунизма, НЭПа и кончая последней Горбачёвской, закончившейся реставрацией капитализма. Двадцать лет назад после известного ельцинского указа о запрете деятельности КПСС Геннадий Зюганов.первый скретарь ЦК КПРФ, приняв позу незаслуженно, обиженного человека сделал заявление, в котором сказал, что пока живо человечество будет жить идея и социальной справедливости. Мне импонируют те, в ком идея справедливости является нормой повседневной жизни, и базисом их мировоззрения. Однако давно уже надо было разобраться и понять, что на извечные стремлений людей жить по справедливости учение Маркса правильного ответа не даёт. Более того. Стремление реализовать идею справедливого устройства общества, руководствуясь учением Маркса, неизбежно приводит к прямо противоположному результату, что убедительно и доказали все 73 года существования советской власти. Февраль 2011 г.

волхов: Тайна прибавочной стоимости состоит в её названии, в том, чтобы объяснить, то очевидное что в действительности существует и от этого никуда не деться, продажная стоимость товара больше издержек производства. Но сущность этой тайны в простой иллюзии меркантилизма, показывающего «создание товара и его стоимости». Меркантилизм всё объясняет стоимостью и даже саму стоимость. Сущность иллюзии и факирский приём состоит в том что практика и логика подсказывают нам производство того же велосипеда законченным процессом. Но Карл Маркс почему-то показывает что производство стоимости велосипеда на этом не заканчивается, оно продолжается несмотря на то что велосипед уже произведён. К. Маркс представляет, что наёмный рабочий «производит больше стоимости» чем представляют капиталистические издержки производства велосипеда в виде расходуемой стоимости. Потому как-то не вписывается в логику стоимость больше издержек производства, личное присвоение капиталиста. Произведённая стоимость велосипеда выходит из его материальной формы, материальной сущности, потому что это должна быть стоимость производства, стоимость расходуемой «стоимости» на производство товара. Но никак не больше, потому что это претит всякой логике. Но Карл Маркс и старается порушить эту логику если пишет «Стоимость всякого капиталистически произведённого товара (W) выражается формулой: W = c + v + m»,т3 «Капитала»,31. Согласно ему же для производства товара соединились «средства производства и труд» (с и v) этого достаточно чтобы появился велосипед. Но К.Маркс объясняет нематериальную, виртуально-призрачную величину производство стоимости в виде прибавочной её части. Наёмному рабочему надо больше трудиться как он уже произвёл по-капиталистически велосипед или произведя велосипед он уже облапошен никогда непонятная и никогда не будет разгадана это «производство стоимости». Такая категоричность основана на отрицании меркантилизма показывающего образование стоимости из стоимости расходуемых материалов. Расход которых необъяснимо почему то всегда даёт какое-то превышение, объясняемое «прибавочной стоимостью». Реализм показывает что стоимость образуется из обмена которой образуется из взаимодействия труда, что и представляет его социальный облик, в отличии от меркантилизма, который показывает его затратой человеческой рабочей силы, производящей ценности, «стоимости». Т.е. мы видим различный взгляд на общественное производство, в последнем случае для его функционирования жизненно- необходимо «научно» определить стоимость продукта для его справедливого обмена, обмена по-стоимости. Что и представляет собой создание справедливого общества.

Е.Тикунов: волхов пишет: К. Маркс представляет, что наёмный рабочий «производит больше стоимости» чем представляют капиталистические издержки производства велосипеда в виде расходуемой стоимости. Потому как-то не вписывается в логику стоимость больше издержек производства, личное присвоение капиталиста. Произведённая стоимость велосипеда выходит из его материальной формы, материальной сущности, потому что это должна быть стоимость производства, стоимость расходуемой «стоимости» на производство товара. Но никак не больше, потому что это претит всякой логике. Но Карл Маркс и старается порушить эту логику если пишет «Стоимость всякого капиталистически произведённого товара (W) выражается формулой: W = c + v + m»,т3 «Капитала»,31. Заявляя,что произведенная стоимость никак не может превышать расходованную на производство стоимость, потому что зто претит всякой логике, Волхов ,очевидно, имеет ввиду не всякую логику, а только ту,которая игнорирует Природу,как фактор производства, т.е. логику, которая таковой, вообще говоря, и не является.Без признания этого факта всякие попытки объяснить происхождение прибавочной стоимости или прибавочного продукта результата не дадут. Природа является партнером человека в его труде и при определенных условиях за его усердие выдает премиальные в форме прибавочного продукта и в этом вся тайна его происхождения.чему и посвящена вторая часть статьи, которую уважаемый Волхов,судя по поспешности с которой он дал ответ,не прочитал.

волхов: Вообще хорошо что нам пишущим на этом сайте присуще некоторая конфронтация связанная с своим видением мира и только в ней мы придём к общему, тому что мы все придём к общему и сообща выразим это правильно, а это сомнительно. Мы здесь пишем, хоть и писательством это можно назвать условно потому что применительно к этому ремеслу, на собственном примере я понял что я не могу не писать потому что мне просто физически тяжело носить то что я знаю и к чему пришёл в раздумьях. Основное что я хочу это освободить от меркантилизма науку (по способности это сделать и по возможности всё выразить доходчиво). Меркантилизм и заключён в «прибавочной стоимости» в том что употребляя данный термин, данное понятие мы признаём что она прибавляется, слагается с другой основной и уже имеющийся. Если мы признаем это то мы просто не материалисты в том плане что признаём стоимость свойством товара, которого не может быть у материальной вещи. Потому самое главное к чему мы должны прийти и чего выразить что обмениваются не стоимости, а товары. Произведённая стоимость это попахивает грубо говоря мракобесием, хотя бы на основании даже выводом меркантилиста К.Маркса «Здесь вещи A и B до обмена не являются товарами, товарами они становятся лишь благодаря обмену»,23-98. Это и есть то противоречие которое заключено в понятиях, товара до обмена ещё нет, а стоимость уже есть. Единственно что я хочу сказать – товар и стоимость рождаются в обмене. Обмен это сущность общества и «общество» без обмена это община, как был например Советский союз. Стоимость же товара точно представляет W = c + v + m, только надо себе представлять что это два различных товара и труда которые равны в обмене и присвоение капиталиста это не труд наёмного рабочего, а другой общественный труд, труд других, а не тот который совершает пролетарий под контролем капиталиста для производства «прибавочной стоимости». Равенство двух товаров и двух трудов рождается в обмене, потому что они «стоят», т.е. равны друг другу. Капиталисту не принадлежит часть стоимости произведённого велосипеда «прибавочная стоимость», которую он не имеет вообще и в принципе и на основании понятий, а другой общественный труд. Стоимости «капиталистически» и вообще «произведённого» товара быть не может и я думаю пора оторваться от природной пуповины по которой сосна или бревно уже «стоит» или имеет стоимость, а доска изготовленная из них ещё больше. Из такого представления и можно представить «прибавочная стоимость». Стоимость представляет другой товар. Труд «стоит» труда, т.е. социальная, общество образующая сущность труда, т.е. только тот труд и только тот который для других и является трудом, я считаю своим открытием Только из этого рождается общество , товар, стоимость и все понятия. Потому считаю что материалист тот кто считает не тот что общество образует материальное производство, а материальность понятий товара, а не его стоимости, стоимость есть то материальное что «стоит» чему равен товар в обмене

Е.Тикунов: Волхов пишет"Стоимости «капиталистически» и вообще «произведённого» товара быть не может и я думаю пора оторваться от природной пуповины по которой сосна или бревно уже «стоит» или имеет стоимость, а доска изготовленная из них ещё больше. Из такого представления и можно представить «прибавочная стоимость». Нет уважаемый Волхов не из такого представления. Чтобы разжечь костер сложенный из вашего бревна нужны спички.Чтобы зажечь спичку достаточно легкого движения кисти руки,при этом затрачивая энергии намного меньше энергии выделившейся от сгоревшей спички, и бесконечно меньше энергии костра, который вас уважаемый Волхов ,безусловно, согрел бы ,не прийди вам в голову эта бредовая идея « оторваться от природной пуповины» Этот пример дает намек на то, где надо « рыть» , чтобы докопаться до сущности стоимости и прибавочной в том числе. Вот еще ваша цитата"Правомерно ли прибавлять к расходам на производство товара доходы в виде прибавочной стоимости, чтобы объяснить меновую стоимость?"Такое прибавление является всего лишь отражением того факта, применительно к рассмотренному примеру, когда малая энергия движения руки активировала выделение большого количества энергии костра. И наконец еще ваша цитата. " Меркантилизм всё объясняет «стоимостью» и на её основании. Вещь стоит для общества, «стоит» общественных затрат и общественных затрат на её производства, расходов и действительно «стоит» в обществе, меркантилизм показывает общественным богатством. Например: производство вещи стоит 100 рублей, продаётся за двести (200). Так по мнению меркантилизма создаётся, образуется общественное богатство, ведь производство же общественное" Как я понимаю , тот факт, что продажная цена изделия всегда больше стоимости затраченных средств до сих пор не имеет хоть какого то рационального объяснения.Много лет назад я спросил у экономиста, почему для определения цены, к стоимости затрат прибавляется какой-то процент от этих затрат. Вот,что мне ответил профессиональный экономист:А как же ты хотел? Ведь жить за что-то надо. В таком случае, я ему отвечаю , чем больший процент ты к затратам накрутишь тем лучше мы будем жить Так что ли?.Нет отвечает он.Тут есть определенные ограничения. Десять-пятнадцать % это вполне нормально , а больше это уже перебор. А кто это установил ,что нормально, а что перебор? Примерно тоже самое я прочел в одном из последних вузовских учебников по экономической теории.Ваше утверждение,что стоимость рождается только в обмене, а не рассчитывается докой экономистом тоже не дает удовлетворительного объяснения причины положительной разницы между продажной ценой и затратной.Правомерность такой накрутки является всего лишь отражением факта производства прибавочного продукта. Эта очевидность прямо лезет в глаза: производиться больше , чем затрачивается.Становиться больше людей домов , городов, машин ,мусора…становиться больше всего переделанного человеком вещества природы. Всякое действие требует затрат энергии. Что же является тем источником энергии который приводит в движение все цивилизованное человечество и благодаря которому возникла и сама цивилизация? На этот вопрос я дал развернутый ответ во второй части статьи-Тайна теории прибавочной стоимости Маркса. После ее прочтения всякие сомнения о правомерности превышения продажной цены над затратной развеются, как утренний туман после восхода Солнца. Но и это еще не все. Величина процента этой самой накрутки получила свое логическое объяснование. Здесь я его приведу совсем кратко. Сначала я хочу спросить уважаемого Волхова о том какое прикладное значение имеет его открытие, суть которого, если я правильно понял в том , что только тот труд считается трудом, который для других.Труд на себя , по Волхову вообще не труд или нетруд.? Я не буду заниматься словесной эквелибристикой и давать новые толкования старым укоренившимся понятиям.Труд независимо от того для себя ли ,для других ли это прежде всего по Марксу затраты жизненной силы или в наше более просвещенное время, труд это движения интеллектуальные и физические , измеряемые количеством затраченной энергии. Эту энергию человек получает с пищей. Чтобы не нагромождать деталей, для простоты, такой универсальной пищей, содержащей все необходимые питательные вещества будем считать зерно пшеницы.(природная пуповина по Волхову). В этом случае затраченный труд будет измеряться количеством затраченной пшеницы в качестве пиши,компенсирующей энергозатраты труда. Теперь возьмем фермера , выращивающего пшеницу. Его затраты будем измерять затратами пшеницы .Это надо понимать так. Допустим цена 1литра дизтоплива равна 1у.е. а цена 1кг пшеницы равна 0,5у.е.Значит 1л дизтоплива стоит 2кг пшеницы.Если фермер на выращивание пшеницы затрачивает к примеру 500л солярки то это равносильно затратам в 1000кг пшеницы.Аналогичным образом и все прочие расходы приведем к затратам пшеницы.Таким образом фермер бросает в процесс производства пшеницы только пшеницу и в конце сезона вегетации на выходе из процесса получает опять таки пшеницу, но уже в большем количестве чем Бросил в этот процесс.Величина разницы между выращенной пшеницей и затраченной определяет не только уровень его благосостояния,но и является условием его физического выживания. Теперь ,возьмем к примеру сапожника, изготовляющего сапоги. Его затраты на кожу,на дратву на труд также будем измерять затратами пшеницы. И вот наступает тот день, когда эти два хрестоматийных персонажа встречаются на осенней ярмарке. Фермер хочет обменять пшеницу на сапоги, а сапожник обменять сапоги на пшеницу .Как фермеру решить ,сколько дать по справедливости сапожнику пшеницы за его сапоги.? И он спрашивает сапожника: скажи ты мне, сколько ты потратил пшеницы , что бы пошить эти сапоги? Узнав от сапожника , что тот потратил на изготовление сапог , к примеру 100кг пшеницы, фермер прикидывает, что ,если бы он эту пшеницу бросил бы в процесс, т.е. потратил бы ее на семена, на солярку, на удобрения , на труд и т.д. то он получил бы пшеницы в количестве к примеру 120кг.Следовательно 120кг пшеницы за сапоги на пошив которых затрачено только 100кг никак не могут вызвать чувства неправомерности такой сделки.Здесь 20кг пшеницы есть прибавочный продукт(для сапожника) Если фермер , к примеру бросил в процесс 2000кг пшеницы , то получит урожай в размере 2000х1,2=2400кг и его прибавочный продукт составит 400кг. Если 1кг пшеницы назвать одним рублем ,то во всех финансовых документах будут фигурировать вместо пшеницы рубли, незаметно связанные со своей природной пуповиной ,отрыв от которой уважаемому Волхову ни чего хорошего не принесет кроме разве что экономии на туалетной бумаге.

волхов: Корень и сущность спора, допустим даже о «прибавочной стоимости» находится в понятиях, сущностях образовывающих саму науку. Может быть, единственно я хочу сказать то, что стоимости больше стоимости труда быть не может. Стоимость труда единственно самая большая величина. С признания такой величины как прибавочная стоимость такое представление полностью исчезает. Вы же и пытаетесь представить глобальное и всеобъемлющее производство которого хватит всем с избытком малым трудом. Труд «производит больше чем представляет сам собой какую либо величину» не то что вредное, а преступное понятие и выражение, потому что полагает всех производителями а чего? Стоимости или товара? На что есть настойчивый отрицательный ответ. Понятия и представляют парадоксом такое представление: например Вы набрали дикорастущих ягод, которые никто не выращивал, допустим черники. По К.Марксу черника это явная потребительная стоимость, можно даже не ходить к профессиональным экономистам. Потому везде и часто он пишет «товар как потребительная стоимость», ну любил Борода ненаучные понятия. Товара как потребительной стоимости быть не может потому что товар как товар только тогда является таковым когда он полезная и меновая вещь одновременно. В случае с черникой, которая есть потребительная стоимость, к которой приложен труд, например продана Вами перекупщикам, за правильную и трудовую стоимость, т.е. при покупке Ваш труд полностью оплачен. Но он в свою очередь продал и продаёт её за большую (меновую) стоимость, получая выгоду в виде излишней стоимости. Ну как тут не поверить в «прибавочную стоимость» и «прибавочный труд», ведь как иначе объяснить выгоду в виде стоимости. Ну как не поверить Карлу Марксу, если в подтверждении этой ситуации он утверждал что «прибавочная стоимость должна быть всегда». Товар тогда товар когда он не просто полезная вещь, такая ка черника, а полезная вещь для других, т.е. социально полезная вещь, полезность которой выражается обменом. Только в этом случае научно точно сходится полезность и обмениваясь вещи в «одном флаконе». Незаметное - первая продажа черники, как выражение якобы трудовой стоимости, имеем ярко выраженные черты меркантилизма потому что такое объяснение товарного (а впрочем нетоварного) обмена потому что Вы получили из продажи не товар, а совокупный общественный продукт. Сделка для Вас допустим оказалась выгодной, но она не может объяснить начало науки -товар зачем то обменивается на товар. Это исходный рубеж, если товар уже стоит для его вступление в обмен, это чистый воды меркантилизм, потому что стоимость это обеспечение равности с другим товаром. Товар стоит товара, такое равенство обеспечивает и выражает только обмен.

Е.Тикунов: . Волхов сообщает.Корень и сущность спора, допустим даже о «прибавочной стоимости» находится в понятиях, сущностях образовывающих саму науку. Может быть, единственно я хочу сказать то, что стоимости больше стоимости труда быть не может. Стоимость труда единственно самая большая величина. С признания такой величины как прибавочная стоимость такое представление полностью исчезает. Вы же и пытаетесь представить глобальное и всеобъемлющее производство которого хватит всем с избытком малым трудом. Труд «производит больше чем представляет сам собой какую либо величину» не то что вредное, а преступное понятие и выражение. Уважаемый Волхов разве вы не замечаете очевидное:вектор научно-технического прогресса на то и направлен, чтобы малым трудом получать максимальный результат и если мое понятие об этом вы назвали преступным, то и сам НТП преступен.Так что ли надо вас понимать? То что труд производит больше, чем сам представляет какую-то величину не понятие,а результат формального доказательства.Что есть стоимость труда? В данном контексте, согласно определению стоимости товара, стоимость труда есть его количество,т.е. это величина.Какой же мерой можно измерить труд? Труд, как процесс,занимает определенный временной интервал, в течении которого работник потребляет жизненные блага необходимые не только для его физического существования, но и для его професиональной деятельности.Таким образом, количеству труда,произведенному в течении рабочего дня можно поставить в соответствие количество материальных благ, потребленных работником в течении этого рабочего времени и не более того.Что же это за блага? Это средства жизнеобеспечения(по Марксу),потребенных работником в течении года в пересчете на продолжительность рабочего дня. Если мы говорим, что в продукте материализован затраченный труд, то это надо понимать так,что посредством труда произошла трансформация потребленных в течении рабочего дня жизненных благ в произведенный продукт.Следовательно.Стоимость труда равна стоимости благ, потребленных во временном интервале в течении,которого производился труд.Но человек потребляет блага и вне рабочего времени и за них надо платить.Поэтому стоимость результата труда обязательно больше стоимости самого труда.Вот и получается, что стоимость товара больше, чем стоимость затраченного на него труда.Взяв за исходный пункт наших преступных рассуждений определение стоимости товара количеством затраченного труда мы пришли ктому,что стоимость товара оказалась больше стоимости овеществленного в нем труда.Полученный результат вполне объясним.Возникновение и развитие современной цивилизации обязано такому дару Природы,как злаки.Даже простое собирательство дикорастущих злаков(Джаред Даймонд.Ружья, микробы и сталь),проведенное ботаниками в районе стран плодородного треугольника, давало на одну затраченную калорию труда 50 калорий пищевой энергии в форме зерна.Именно там, где человек начал выращивать злаки вознили очаги современной цивилизации.В мезоамерике таким активатором стал маис(кукуруза), в районе средиземноморья-пшеница, в юговосточной азии-рис. Употребляя в пищу злаки, как источник энергии и потребляя ее в процесе труда человек производил больше энергии в форме зерна,чем затрачивал.Теперь расмотрим процесс производства зерна, которое является единственным первоисточником энергии,приводящим в движение все цивилизованное человечество.В качестве формы стоимости возьмем само зерно.Следовательно стоимость зерна равна его количеству.Все затраты на производство зерна выраждены в затратах зерна.Прибавочный продукт, как положительная разница между произведенным зерном и затраченным обепечивает физическое выживание человека,что по вашей логике уважаемый Волхов является преступлением.Чьим? Преступлением Природы против человека?

волхов: Принципиальная разница между Вами и вкупе с Вами Карлом Марксом и мной в том, что я не то что придерживаюсь мнения, что человек не производит средства самообеспечения а настаиваю на этом. Вы пишите, также как это представляет себе и К.Маркс что «количеству труда,произведенному в течении рабочего дня можно поставить в соответствие количество материальных благ, потребленных работником в течении этого рабочего времени и не более того.Что же это за блага? Это средства жизнеобеспечения(по Марксу),потребенных работником в течении года в пересчете на продолжительность рабочего дня. Если мы говорим, что в продукте материализован затраченный труд, то это надо понимать так,что посредством труда произошла трансформация потребленных в течении рабочего дня жизненных благ в произведённый продукт?» Данные, я позволю употребить понятие уттопические выводы, исходят и базируются неопровержимо на том что «Труд, как процесс,занимает определенный временной интервал, в течении которого работник потребляет жизненные блага необходимые не только для его физического существования»! Я хочу сказать Всем, Вам и Карлу Марксу, как тому синоптику предсказывающему сегодня дождь, выглянуть в окно. Человек никогда, ни за что и ни при каких условиях не производит жизненные средства необходимые для его физического существования. Человек всегда производит для других в этом его значение смысл и сущность и потому он является песчинкой, началом и микрокосмом общества. Вот это я имел ввиду под преступными представлениями о человеке, что он использует предварительно общий продукт чтобы произвести его большее значение, потому что это во-первых неправда, потому что ему общественный продукт «отпускается по-труду», во – вторых опускает человека ниже плинтуса, тем что представляет его животным, его животным состоянием. Его животное состояние сводится к тому что в человеке есть какие-то потребности которые обществу изо всех сил необходимо удовлетворить, сверх этого производства находится табу общего. Это есть абстрактное отношение к человеку, потому что человек понятие социальное не тем что «он производит в обществе», а в том что он производит для общества и общественный продукт не тот как это представляете Вы и К.Маркс, как общий, общественный продукт необходимый тому же сапожнику или кузнецу для того чтобы он был в состоянии работать,т.е. одет обут и накормлен для производства общественного же продукта большего размера чем тот который на него затрачен предварительно. Самое основное и самое главное то что стоимость труда не то что Вы думаете, как и К.Маркс т25,2, 435, стоимость вообще и труд который её образует начинаются в обмене, социальном общении людей. Если Вы связали варежки не надо вычитывать, калькулировать расходы «стоимости пряжи, работу» для той правильной и справедливой цены по которой необходимо произвести их продать, совершить обмен. Рынок грубо и сурово и непременно точно скажет сколько общественного труда приравнивается к Вашим варежкам, т.е. сколько они стоят. До того они не стоят ничего, потому что они даже не товар. Вот и получается что я с Вами согласен в том что «взяв за исходный пункт наших преступных рассуждений определение стоимости товара количеством затраченного труда мы пришли ктому, что стоимость товара оказалась больше стоимости овеществленного в нем труда». Товар как и стоимость образуется в обмене, связанные Вами варежки не товар, также как и изготовленные сапожником ботинки, как и подковы кузнеца, потому что труд и товар это то что образует общество, а принципиально не то что производится в обществе для общественного же потребления в общем и абстрактно. Проще говоря сколько стоит отвечается социально, обществом, другими, при этом неважно сколько труда абстрактно использовано сапожником и кузнецом, делали они свою продукцию вручную или было исользовано высокотехнологичное оборудование, на этом и устроен НТП, а не на том что человек произвёл больше стоимости чем потратил для этого производства.

ot__sohi: волхов пишет: . Может быть, единственно я хочу сказать то, что стоимости больше стоимости труда быть не может. Стоимость труда единственно самая большая величина. С признания такой величины как прибавочная стоимость такое представление полностью исчезает. Вы же и пытаетесь представить глобальное и всеобъемлющее производство которого хватит всем с избытком малым трудом. Труд «производит больше чем представляет сам собой какую либо величину» не то что вредное, а преступное понятие и выражение, ......Но уже в следуещем сообщении Вы пишите сами того не замечая прямо противоположное. " Вот и получается что я с Вами согласен в том что «взяв за исходный пункт наших преступных рассуждений определение стоимости товара количеством затраченного труда мы пришли ктому, что стоимость товара оказалась больше стоимости овеществленного в нем труда» Вы уж определитесь.

волхов: Начиная всё по новой и от печки то овеществлённый в вещи труд не является трудом потому что труд содержится только в товаре и соответственно не может быть больше или меньше какого-либо значения. Труд же и товар проявляют себя в обмене, где труд является величиной и вообще трудом в понятийном значении, который "стоит"другого труда в равенстве образованным обменом. Потому стоимость товара не может быть больше или меньше овеществлённого в товаре труда, для этого придётся уйти в утопию или придти к ней называя товаром произведённую вещь "со стоимостью" которую "произвёл труд". Я дистантируюсь от "производства товара и производства трудом стоимости". Стоимость товара то что он стоит в обмене, а не он сам "сплошная стоимость". Только это утопическое "производство товара" и явное что в обмене он "стоит" больше чем его производство дают пищу для бесплодных исканий.

ot__sohi: \\\\волхов пишет:»Я хочу сказать Всем, Вам и Карлу Марксу, как тому синоптику предсказывающему сегодня дождь, выглянуть в окно. Человек никогда, ни за что и ни при каких условиях не производит жизненные средства необходимые для его физического существования ит.д. и т.п.» Я решил последовать вашему мудрому совету-выглянуть в окошко.Выглянул и увидел, что никакого обмена во всем мире уже тысячи лет как не существует ну не считая какой-нибудь , забытой Богом Папуасии, где этот обмен еще сохранился в своем первозданном виде.Но там нет никакой экономики и уж тем более экономических теорий.Во всем остальном цивилизованном мире обмен стал таким же анахронизмом, как лошадь среди автомобилей. Обмен и стоимость это неразлучная парочка: где один там и вторая. И в этом смысле стоимость рождается в обмене и в обмене же умирает.Тривиальность этого факта даже не обсуждается.Вопрос в другом. Вы в своих текстах постоянно проводите одну и ту же мысль: стоимость проявляется в обмене , стоимость рождается в обмене и вне обмена ее нет и быть не может .Если уж изъясняться таким метафорическим языком то спрашивается , а где она была до своего рождения т.е.. обмена? Поясняю. когда женщина родит ребенка мы же не считаем что он возник из небытия .Просто рождение это переход из одной формы существования в другую.Если стоимость ПРОЯВИЛАСЬ в обмене значит до этого момента она уже существовала в своей НЕПРОЯВЛЕННОЙ форме и в сам момент обмена она проявляется для установления пропорции обмена. Хотя само слово СТОИМОСТЬ ,как количесвенная характеристика продукта человеческого труда здесь неприемлимо, потому что по своему смыслу СТОИМОСТЬ означает сопоставление с чем то, уравнивание с чем то. Адам Смит такой количесвенной характеристикой считал труд: "Действительная цена всякого предмета... есть труд и усилия, нужные для приобретения этого предмета... Труд был первоначальной ценой... которая была уплачена за все предметы. Не на золото или серебро, а только на труд первоначально были приобретены все богатства мира... Труд является действительным мерилом меновой стоимости всех товаров... То есть труд по Смиту является критерием зквивалентности товаров. Если в 20 коробках спичек овещствлено столько же труда сколько и в 1-ой буханке хлеба , то его величество рынок объявит эти товары эквивалентными,но до того как эти товары попадут на рынок дока экономисты должны просчитать все затраты на производство этих товаров.А как же иначе. Иначе может быть только у Волхова.Никаких расчетов , никаких прощупываний , ни осматривания , ни обнюхивания товара «Единственно можно сказать что смелые эксперименты Карла Маркса по ощупыванию и разглядыванию каждого товара, есть мягко выражаясь предрассудки. Товары не обладают таким качеством как стоимость, стоимость это товар который стоит его. Желательно чтобы у человека отшибло эту историческую память, которая «припоминает, что товары обладают стоимостью». Товары просто стоят». Как это прикажете понимать уважаемый Волхов? Или еще для любителей головоломок «Самое основное и самое главное то что стоимость труда не то что Вы думаете, как и К.Маркс т25,2, 435, стоимость вообще и труд который её образует начинаются в обмене» Таким образом , получается,что стоимость товара образует не затраченный на его производство труд , а только тот труд, что затрачен, на то чтобы впарить этот товар кому нибудь.Так что ли?

посторонний: ot__sohi пишет: Я решил последовать вашему мудрому совету-выглянуть в окошко.Выглянул и увидел, что никакого обмена во всем мире уже тысячи лет как не существует Ну я то же выглянул в окно и вижу: вон мужик подошел к киоску, сунул туда какие-то деньги, В ОБМЕН получил пачку сигарет. ОБМЕНЯЛ то есть деньги на сигареты. Ни он, ни киоскерша видимо не в курсе, что обмена уж 1000 лет как не существует... А Волхов еще круче заворачивает: Человек никогда, ни за что и ни при каких условиях не производит жизненные средства необходимые для его физического существования.. ИМЕННО жизненные средства необходимые для его физического существования человек и производит ПРИ ЛЮБЫХ условиях. Разделение труда и обмен - лишь посредствующие звенья в этом процессе, не меняющие его сути... Волхов, ты сам-то на работу ходишь? И зачем ты туда ходишь? Чтоб начальника осчастливить? Нет, ты туда ходишь потому что жрать хочешь, а деньги на жратву тебе даром никто не даст. Ну так стало быть, на работе ты производишь "жизненные средства, необходимые для твоего жизненного существования"... Мудрецы вы хреновы!...

ot__sohi: посторонний пишет:Ну я то же выглянул в окно и вижу: вон мужик подошел к киоску, сунул туда какие-то деньги, В ОБМЕН получил пачку сигарет. ОБМЕНЯЛ то есть деньги на сигареты. Ни он, ни киоскерша видимо не в курсе, что обмена уж 1000 лет как не существует... вообще то под ОБМЕНОМ в принятой терминоогии понимается обмен товара на товар, а ОБМЕН денег на товар-КУПЛЕЙ, ОБМЕН товара на деньги ПРОДАЖЕЙ.Эти нюансы надо различать,чтобы правильно понимать друг друга.У Волхова везде под ОБМЕНОМ понимается именно ОБМЕН в его первозданной форме, не эволюционировавшего еще в куплю-продажу. Он так и пишет:СТОИМОСТЬ ЭТО ДРУГОЙ ТОВАР. Например.Стоимость пачки сигарет есть два помидора, Если бы мужик выложил на прилавок киоска своих два помидора и получил бы взамен сигареты, то это ОБМЕН в его классической форме, а так то , что увидел посторонний из своего окна было всего лишь обычной куплей-продажей.

посторонний: Купля-продажа и физически и экономически И ЕСТЬ ОБМЕН товара на деньги. С другой стороны, и натуральный обмен всегда можно назвать куплей-продажей... За что купил тот мужик пачку сигарет? За два помидора. - Что здесь неправильно? Конечно, так говорить не принято, но каких-то смысловых нюансов, которые стоили бы того, чтоб их мусолить здесь нет. Но даже если иметь в виду лишь натуральный обмен, с чего вы взяли, что его не существует? Бартерный обмен - слыхали о таком? Процветал у нас не так давно, в 90-ых годах. О других примерах уж и не говорю... А что там говорит Волхов - вообще неважно. Тем более, что фразы вроде СТОИМОСТЬ ЭТО ДРУГОЙ ТОВАР - это вообще ГЛУПОСТЬ.

волхов: Сомнения Ваши понятны, но обмен товара на деньги есть обращение товаров. В сотый раз обращаясь к Аристотелю и его время заставило его же рассматривать не сколько стоит пачка сигарет, если было такая, а именно почему же пачка сигаре обменивается на два помидора. Стоимость есть равность пачки сигарет и двух помидор, они "стоят друг друга. Стоят ли каждый из них двадцать или тридцать рублей показывает развитое обращение, когда отношение пачки сигарет или помидора выражается не с друг с другом или другим товаром, а с совокупным общественным продуктом. Если Вы задумаетесь как Аристотель почему пачка сигарет "стоит" тридцать рублей, т.е. под этим сразу следует понимать меновую стоимость товара, то что стоит товар выражаемое в деньгах, то Вы сразу становитесь утопистом и меркантилистом, потому что качеством стоимости товар не обладает он просто "стоит", т.е. равен другому товару. Проще и конкретнее и ощутимей довод в пользу "натурального обмена товаров" состоит в том он "стоит" для обмена, т.е. имеет стоимость "в себе" или "стоит" в обмене? Проще говоря в обществе и современном в том числе происходит стоимостной или товарный обмен?

ot__sohi: Обмен и стоимость это два терминологических анахронизма .давно уже вышедших из широкого употребления, вследствии того,что первый эволюционировал в товарно- денежные отношения , а второй стал синонимом цены. Того милого сердцу уважаемого Волхова обмена, когда одно шило СТОИТ два мыла СТОИТ буханка хлеба СТОИТ три пучка укропа СТОИТ этого СТОИТ того и т.д. и т.п. давно уже нет вследствии уж очень большого неудобства такого СТОЯНИЯ. Использование этих анахронизмов в их изначальном смысле для объяснения экономических явлений ни к чему, как только к запору мысли при поносе слов привести не может. Гораздо проще меновые стоимости всех товаров выражать в каком то одном товаре.Например. 1 буханка хлеба СТОИТ 20 коробок спичек, одно мыло СТОИТ 10 коробок спичек. 1кг свинины СТОИТ 200коробок спичек и т.д. Здесь коробка спичек тот товар в отношению к которому и представлены меновые стоимости всех прочих товаров. Если количество затрат на производство 1-ой коробки спичек назвать 1-ой копейкой, ностальгируя по стабильным ценам времен развитого социализма,то мы получим,что 1 буханка хлеба СТОИТ 20 копеек мыло СТОИТ 10 копеек, 1кг свинины СТОИТ 200 копеек и наконец одна коробка спичек СТОИТ 1 копейка. Слово стоимость ,уместное для употребления при натуральном обмене товаров заменилось на слово цена товара.Теперь вместо огромного числа меновых стоимостей какого-то одного товара мы имеем дело только с его ценой, что безусловно намного удобней Поэтому непонятно почему уважаемый Волхов пишет такое:» Желательно чтобы у человека отшибло эту историческую память, которая «припоминает, что товары обладают стоимостью». Товары просто стоят.» Товары и , в самом деле, стоят(ударение на Я) на полках магазинов представленные в двух своих ипостасях: форма и цена. Если первая – продукт головасто-молоткастого труда который можно осмотреть и пощупать , то вторая отражает в этом товаре наличие некой субстанции недоступной для 5-ти органов чувств, но доступной для умственного восприятия,количество,которой и выразил в цене «дока экономист» еще до того, как изделие попало на рынок, сменив свою девичью фамилию с «изделия» на «товар». Все что может рынок в соответствие с конъюктурой ,так это отклонить в определенных пределах рыночную цену товара от расчетной. Если отклонение в меньшую сторону , то это сигнал к уменьшению производства этого товара, если –в большую сторону то – к его увеличению. Наличие такой субстанции у изделия даже не ставшего товаром не вызывало сомнений у отца всех наук Аристотеля. Адам Смит назвал эту субстанцию трудом в соответствии с уровнем знаний своего времени. Сегодня автор «Богатства народов», без сомнения, такой субстанцией назвал бы ЭНЕРГИЮ. Таким образом любой предмет неприродного происхождения можно расматривать, как экономическую форму существования знергии, количество которой и можно назвать « стоимостью в себе», существование которой уважаемый Волхов отрицает.Чтобы на этот счет больше не распинаться, сошлюсь на вторую часть обсуждаемой здесь моей статьи «кто же кого эксплатирует?»

посторонний: Так,с. Выдался час безделья – зашел посмотреть что тут пишут мудрецы хреновы… М-да, как и ожидал, пишут х…ню. От_сохи, то что вы говорите про обмен, стоимость, цену и прочь. – это все вы путаетесь в 3 соснах. Ну и путайтесь на здоровье, зачем я вам буду мешать? А вот насчет энергии – это любопытно. Но во-первых, не оригинально, а во-вторых, опять таки в корне неверно. Итак, стоимость есть энергия – правильно я вас понял? Допустим, что так, но… Вот я лежу, загораю на пляже, т.е. получаю некое количество солнечной энергии, получаю СОВЕРШЕННО ДАРОМ… Или: я, бросив весла, сплавляюсь по течению вниз по реке. То есть использую, эксплуатирую энергию воды и опять таки СОВЕРШЕННО ДАРОМ… Но если я решу преобразовать эту энергию воды в электрическую, то мне надо для этого построить плотину, установить турбины и проч., а все это стоит чертову кучу денег. В этом случае полученную эл.энергию я буду продавать уже за деньги. Однако стоимость эл.энергии и в этом случае не есть ее «собственная» стоимость; она есть стоимость осуществленных мною затрат (на постройку плотины, турбин и проч.), которая ПЕРЕНОСИТСЯ на эл.энергию. То есть энергия, как таковая и в этом случае НИЧЕГО НЕ СТОИТ. Отсюда вопрос: каким образом субстанцией стоимости может быть энергия, которая сама по себе НИЧЕГО НЕ СТОИТ, стоимостью не обладает, стоимостью не является (скажите как хотите)?

посторонний: Теперь займемся вами, Волхов. Прежде всего, это что такое: Сомнения Ваши понятны… Какие такие сомнения? Из каких моих слов вы заключили, что я выражаю какие-то сомнения?... Далее у вас через запятую и ни к селу ни к городу следует: но обмен товара на деньги есть обращение товаров. Обмен – это обмен, обращение – это обращение. Систематический обмен товаров на деньги называют товарно-денежным обращением. Фраза же «обмен товара на деньги есть обращение товаров» - есть косноязычная чепуха… Вы вообще сами то читаете чего пишете? Вас же просто читать невозможно, читаешь - словно песок жуешь… Далее, по существу… Значит, говорите: качеством стоимости товар не обладает он просто "стоит", т.е. равен другому товару. То есть пачка сигарет «просто равна» двум помидорам? Ну тогда выкурите пару помидор или съешьте пачку сигарет. Если же не можете ни того, ни другого, то тогда не надо городить вздор про какое-то равенство помидор – сигаретам. Если уж товары нельзя приравнять как стоимости (ибо по вашему никакой стоимости с ними не связано), то уж как вещественные тела их тем более приравнять невозможно, ибо товары в общем случае ЗАВЕДОМО НЕ РАВНЫ по ВСЕМ своим качествам, во ВСЕХ отношениях. Ваша «равность», которую вы подсовываете вместо понятия стоимости, есть просто пустой звук, ибо что там чему равно в товарах как раз с вашей же точки зрения понять НЕВОЗМОЖНО… Напоследок вам задачка. Я давеча спросил у знакомого: далеко ли твоя дача? Он ответил: пол часа пешком. То есть он РАССТОЯНИЕ меряет ЧАСАМИ! Но ведь время – это по определению НЕ расстояние; в целой вечности нет ни одного миллиметра… А между тем я его понял, и любой бы понял (за вас не ручаюсь). Как же такое возможно?... Может эта задачка натолкнёт вас на кое-какие размышления насчет товаров и их стоимости…

волхов: Позицию с "высоты" постороннего уже озвучил Аркадий Иссакович, что "дураки вы здесь все". Но мы пытаемся понять то есть истина. Это естественный процесс познания себя, природы и общества. Это искания естествоиспытателей желающих заглянуть подальше в небо, под воду и под земную кору. Так вот, поскольку речь идёт о "прибавочной стоимости", насколько и почему она является "прибавочной". Само понятие стоимость уже неразрывно в нашем сознании связано с деньгами, мы без сомнения соединяем стоимость труда с материалом и даже со швейной машинкой (стоимость амортизации), каждая из которых является "прибавочной" по отношению к другой, что бы выразить стоимость сшитой рубашки. Но соединение их "стоимостей", их сложение даёт неожиданно больший результат "стоимости" товара. Вот эту разницу стоимостей К.Маркс и назвал "прибавочной", это его открытие и до него на эту разницу просто указывали. Подходя к "прибавочной стоимости" предвзято, то она является "краеугольным камнем" всей теории. Во-первых она связывает производство и обмен. Само "поизводство стоимости" имеет "подводные камни" в отношении понятий; если производится полезня вещь "потребительная стоимость", то никакой "прибавочной стоимости" не имеется, просто труд произвёл, создал полезную вещь. Если производится товар, то как раз в обмене она и проявляется. Вот это указывает на другое понятие -труд. При производстве товара оказывается почему-то неоплаченный труд, который при производстве той же вещи в качестве полезной полностью оплачен. Единственный аргумент такого представления что наёмные работники недополучают из рук капиталиста за ими же произведённый труд. С точки зрения труда - материализатора природы есть абсурд, потому что товар производится в качестве полезной вещи. Абсурд выражается в том материальной вещью является и та и та. Только товар это вещь образующая обмен. Если бы мы даже нашли тот метод вычисления "прибавочной стоимости" то результат был бы тот же, как и сегодня мы сидели бы у разбитого корыта потому что это "открытие" предполагает "стоимостной",организованный обмен. То что К.Маркс сказал загодя, ребята всё будет ОК, если "внутренняя" стоимость товара выразилась в деньгах, произошёл обмен на деньги. Откуда в таком случае в СССР быа тая прорва денег и мало товаров, т.е. денежная масса была отрвана от товарного содержания и почему в этой стране в мнообразии подходов к экономике, при которую мучил каждый вновь приходящий правитель, больше чем йог себя что бы достичь нирваны, при всех средствах и способах не мог создать действительно - стабильное производство. Действительно стабильное общество создал как ни странно какой- то неведомый рынок и как- то при этом завязн человек, который своим трудо не просто производит "стоимости", чем больше тем лучше, а как- то по особенному, по другому. Подходя к этому радикально, то,до тех пор пока мы все вместе не решим простую логическую загадку - обмен образует, создаёт стоимость или стоимость образует обмен - нас ждёт бесперстективное будущее.

ot__sohi: Вернувшись с велопохода, заглянул на форум. И вот приятная неожиданность. Наконец-то через два с половиной года после публикации моей статьи «Тайна теории…» задан хороший вопрос. Я давно ждал подобный.. Мое утверждение о том, что, что всякий объект не природного происхождения можно рассматривать как экономическую форму энергии(а не то, что стоимость и есть энергия, как приписывает мне посторонний) имеет под собой доказательную базу, иначе бы я не стал с этим «бредом» ,как, возможно, кое-кто считает вылезать на форум. Любой труд, независимо от его полезности или наоборот, напрямую ли он направлен для удовлетворения собственных потребностей или опосредовано, в физиологическом отношении он есть затраты, как сказал Маркс, жизненной силы. Со времен открытий немецкого физиолога Макса Рубнера и американца Этуотера эти самые неуловимые затраты жизненной силы стали измеряться затратами энергии т.е. калориями или джоулями. Таким образом, любой труд, а значит и его результат напрямую связан с физиологическими энергозатратами, которые и возможны только потому, что человек с едой получает пищевые калории. Если А. Смит и Д.Рикардо,а вслед за ними и К.Маркс, который встал на плечи двух последних, заявили, что товар в своей сущности есть не что иное, как овеществленный труд, то с позиций сегодняшних знаний, « встав на плечи» последнего трудовика, т.е. Маркса можно сказать, что товар есть форма существования, затраченной на его изготовление энергии. Но в таком толковании сущности товара больше метафоричности, чем определенности, которая слышится во фразе «уголь есть форма тепловой энергии» или « зерно пшеницы есть форма существования пищевой энергии». Если уголь бросить в огонь , то энергия из своего существования в форме куска угля перейдет в форму тепла. Аналогично дело обстоит и с зерном: будучи склеванное птичкой энергия из формы зерна перейдет в форму полета, т.е. движения. Если же зерно зарыть в теплую землю , то энергия из формы бытия в виде зерна перейдет в форму бытия в виде молодого побега. То есть энергия ,как сущность бытия угля и зерна, зримо проявляет себя переходя из одной формы своего существования в другую. Если считать, что продукт человеческого труда является экономической формой существования энергии, то спрашивается, как эта энергия себя проявляет, существуя в форме продукта? Не нуждается, наверное, в доказательстве тот факт, что начало возникновения современной цивилизации, относится к тому историческому периоду, когда охотники-собиратели даров природы перешли от кочевого образа жизни к оседлому. Такая необходимость в перемене стиля жизни была вызвана переходом древних людей от простого собирания скудного пропитания в дикой природе к осознанному производству продовольствия, что требовало постоянного проживания на одном месте. Без всяких натяжек можно сказать, что среди многих одомашненных человеком диких растений именно пшенице западноевропейская цивилизация обязана своим возникновением и последующим развитием. Как показал эксперемент, проведенный ботаниками в районах сегодняшнего произрастания диких форм пшеницы, на затраченную калорию труда сборщик собирал 50 пищевых калорий в форме зерна. Вот вам пример и толстый намек на разгадку тайны происхождения прибавочного продукта, Эти данные я взял из книги Д.Даймонда «Ружья, микробы и сталь». Начало одомашниванию дикой пшеницы было положено еще в шумерском царстве, откуда ее окультуренные формы начали свою экспансию в близлежащие районы Средиземноморья. потом в южную и среднюю Европу. Пшеница стала основным источником пищевой энергии для европейского человека и в этом смысле европейскую цивилизацию можно назвать пшеничной, китайскую цивилизацию-рисовой, индейскую цивилизацию, построившую такие циклопические сооружения, как пирамиды Солнца и Луны с многочисленными, заросшими джунглями храмами-маисовой.Цивилизацию инков давшей Миру картофель, можно с полным правом назвать картофельной. Там, где люди научились производить в разы большее количество пищевой энергии по сравнению с затраченной, выращивая злаки, там возникали и развивались цивилизации. Там, где этого не произошло, народец продолжает существовать еще в каменном веке и кушать друг друга. Эти факты общеизвестны и ничего неожиданного и удивительного в этом нет. Удивительно другое, а именно то, что в экономических теориях эти факты оказались вне поля умственного зрения экономистов-теоретиков. Поэтому, наверное, не то чтобы для обычного человека, а даже для экономиста-практика происхождение прибавочной стоимости остается тайной за семью печатями. Что касается Марксовой ТПС, то лучше, чем словами самого же Маркса о ней не скажешь-критерий истины есть практика!!! Какая была практика, и чем она закончилась всем хорошо известно. «А теперь, - говоря, словами Андрея Караулова,-не переключайтесь. Сейчас только и начинается самое интересное» Около 25 лет назад, в самый разгар перестройки, я решил разобраться с этой самой ТПС Маркса, отбросив в сторону всякие теории и мнения авторитетов, а, взяв в помощники только здравый смысл и большое желание докопаться до истины. Давайте представим поселение первых земледельцев, которые от простого сбора зерен дикорастущей пшеницы перешли к ее осознанному выращиванию. Чтобы не заслонять суть проблемы второстепенными деталями, условимся пшеницу считать единственным продуктом, удовлетворяющим потребности земледельца, как в пищевых калориях, так и в других жизненнонеобходимых элементах питания. Количеству произведенного труда соответствует определенное количество затраченной энергии, а последней - количество зерна покрывающего затраты этой энергии, т.е. зерно здесь становиться той мерой, которой можно измерить произведенный труд. Орудия труда, какие бы они не были примитивными, но сами по себе в готовом виде под ногами не валялись. Их надо было изготовить из природного материала т.е. приложить труд, затраты которого измеряются тем же зерном. И, наконец, само поле, прежде чем стало пригодным для выращивания зерна, должно было впитать в себя труд земледельца. А это опять таки затраты зерна. Сюда же надо добавить семенное зерно и затраты труда по его сохранению. Таким образом, все затраты земледельца выращивающего пшеницу, это - затраты зерна. Произведя эти затраты, посеяв зерно, земледелец в конце сезона вегетации получает урожай зерна, количество которого в силу природных репродуктивных свойств самой пшеницы окажется намного больше количества зерна затраченного. На эти репродуктивные свойства зерна, когда из одного зерна, вырастает много зерен, и обратил внимание первобытный сборщик дикой пшеницы и именно этот факт стал определяющим в переходе его от простого собирания злаков к их осознанному производству. Разница между выращенным количеством зерна и затраченным зерном есть тот первый прибавочный продукт, который и стал первопричиной рождения экономики, создавшей современную цивилизацию. Но это будет потом, а пока этого прибавочного продукта едва хватало только на то, чтобы прокормить семью земледельца до следующего сбора урожая зерна. Этот прибавочный продукт был необходимым условием выживания, как самого земледельца, так и его семьи, но величина его еще не включала в себя тот излишек, который мог бы стать предметом обмена, с его общественным разделением труда, как следствием регулярного производства этого излишка. Обозначив этот исходный пункт начала возникновения цивилизации и оставив нашего земледельца накапливать опыт и совершенствовать мастерство хлебороба, передвинемся во времени к тому историческому периоду, когда производство излишка зерна стало регулярным. Теперь в поселении земледельцев нет никакой необходимости всем народом заниматься выращиванием зерна. Кто-то из земледельцев, оставив это кормившее его и его предков занятие, может заняться каким-нибудь ремеслом, и потом продукт своего труда менять на зерно. Например, ремесленник изготовил для земледельца новое рало. Какое количество зерна земледелец должен отдать ремесленнику за это орудие труда? Или какое количество зерна стоит одного рало? Для обоих персонажей эта задачка не представляет никакой сложности. Ремесленник еще недавно был земледельцем, а земледелец еще недавно сам себе мастерил это орудие труда и оба прекрасно знают какое количество затрат в форме зерна надо произвести, чтобы изготовить рало. Поэтому рало будет стоить такого количества зерна, какое можно вырастить, если затратить на это такое же количество зерна, которое было затрачено, чтобы изготовить одно рало. Для повышения информативности текста и одновременного его сокращения введу некоторую символику. Зз-затраты зерна понесенные при его производстве, Зу-урожай выращенного зерна , Зпп=Зу-Зз-прибавочный продукт, Рз-затраты зерна при изготовлении рала, Рс-стоимость одного рало. Коэффициент Кв=Зу:Зз генерируется репродуктивными свойствами самой пшеницы, т.е. генерируется самой природой отношение выращенного зерна к затраченному зерну. Процесс производства зерна первичен по отношению к процессу изготовления рало и вообще ко всем прочим экономическим процессам, потому что они порождены этим процессом. Заглохни этот процесс и всю экономику постигнет коллапс. Поэтому стоимость рало Рс=Кв Х Рз т.е. количество зерна которое будет стоить одного рало или количество зерна, которое будет эквивалентно одному рало равно такому количеству зерна на выращивание которого было затрачено зерна в количестве Рз. Таким образом определение стоимости любого продукта или, что тоже самое нахождение количества зерна эквивалентного произведенному любому продукту ремесленника сводиться к умножению понесенных затрат на Кв генерируемый родоначальником всех экономических процессов – процессом производства зерна. Поэтому прибавление к стоимостям затрат невесть откуда взявшийся «прибавочной стоимости» так и не понятой Волховым (откуда взявшейся) и объясняемой им такое прибавление меркантилизмом, к последнему не имеет вообще никакого отношения. В самом прибавочном продукте нет ни одного джоуля человеческого труда, но без него не может быть и самого прибавочного продукта. Парадокс? Вовсе нет. Просто в произведенном продукте-зерне материализована не только энергия человеческого труда но и дармовая энергия Солнца , упакованная Природой в зерна пшеницы, которые и образуют прибавку к тому зерну, которое было затрачено. Сущностная сторона и цель процесса производства зерна заключается в получении большего количества энергии, затрачивая при этом меньшее ее количество. Именно в этом и надо видеть источник происхождения прибавочного продукта вообще, т.е. понимаемого в более широком смысле, чем просто прибавка зерна к затраченному в процессе его производства. Поскольку процесс изготовления рало порожден процессом производства зерна, сущность которого в получении большей энергии из меньшей, то в этой связи представляет интерес с энергетической точки зрения всмотреться в процесс изготовления рало. Всмотримся. Самым первейшим орудием труда первого земледельца, как известно, была обычная палка, которую выломать в лесу не составляет никакого труда. Как этой палкой надо работать, показали как-то английские кинодокументалисты в фильме-реставрации о средневековой ферме. Два джентльмена, изображающих фермеров идут по полю один вслед другому по прямой линии. Тот, который - впереди через каждые 7-10см делает в земле прокол этой палкой, а следующий за ним джентльмен бросает в углубление зерно и одновременно ногой присыпает его. Наверное, так работали этой палкой и первые земледельцы. Известно, что на смену палке- копалке, как орудию труда, пришло рало своим видом очень похожим на свиное рыло. Выражение «пришло рало» не более чем словесный штамп. Само по себе рало ниоткуда прийти не могло. Оно сначала, как идея, родилась в голове земледельца, наблюдавшего, как дикие свиньи своими рылами буквально вспарывают плотную землю в поисках съедобных корней. Увидел и решил изготовить для облегчения своей работы по обработке земли нечто подобное из подручных материалов. Понятно, что весь смысл этого изобретения заключался в том, чтобы при прежних затратах труда производить больший объем работы или производить прежний объем работы, но уже с меньшими затратами труда. Но тут надо учесть еще и то, что на изготовление этого орудия затрачен труд, который можно было бы использовать на обработку земли. Если, применяя рало можно дополнительно обработать столько земли, сколько и трудом, затраченным на изготовление этого орудия то, как говориться овчинка выделки не стоит. Таким образом, изготавливать рало есть смысл только тогда, когда дополнительная площадь, которую можно обработать этим орудием будет больше, той площади, которую можно обработать трудом, затраченным на изготовление этого рало. Что же это получается? Рало «впитывает» в себя труд(энергию) ремесленника и в процессе своего потребления отдает большее количество труда(энергии) ,чем в себя «впитало».? То есть к затраченной на производство рало энергии труда прибавляется еще какая-то энергия, которая и проявляется в дополнительно обработанной площади зернового поля. В процессе производства зерна к затраченному зерну прибавляется зерно, в котором материализована дармовая солнечная энергия. В процессе производства рало к затраченному труду(энергии) прибавляется энергия чего ??? Я так думаю, что мозгов. Но, к большому сожалению далеко не каждого. В связи со сказанным есть все основания рассматривать это древнее орудие земледельца, как экономическую форму энергии. Распространять такой взгляд на прочие объекты неприродного происхождения и делать обобщения есть все основания.

посторонний: От_сохи (что, блин, за ник? почему не от_фонаря, было-б смешнее?), я так и не понял, где у вас стоимость? Если она не энергия, то тогда что? И при чем тут вообще энергия, если мы говорим об экономике, а не о физике? А вообще ваши идеи тут (на сайте и на форуме) уже мусолились несколько лет назад. Прежде чем чего-нибудь писать вам бы следовало чего-нибудь почитать.

посторонний: Да, от_винта, то бишь, от_сохи, к вашей радости или может быть огорчению, я вспомнил где читал рассуждения, похожие на ваши. Правда не на этом сайте, а на другом. Вот: http://www.usoff.narod.ru/ANLVOVY.htm

ot__sohi: посторонний пишет: От_сохи (что, блин, за ник? почему не от_фонаря, А чем лучше "посторонний"? Если уж посторонний, то иди мимо.Так ведь нет же, проходя, постороннему нравиться еще и пукнуть. Кстати, за наводку спасибо!

волхов: Ретиво с напором убеждая всех и прежде самого себя Вы пытаетесь реабилитировать марксизм в том что труд, его затраты можно измерить справедливо. Т.е. Вы пытаетесь пойти по пути К.Марса в представлении человека самоослуживающим себя существом. Только в качестве представителя самообслуживания у Маркса выступает стоимость, у Вас энергия. Но "прибавочная стоимость" или "прибавочная энергия" в этом случае неизбежны как понятия и как сущность, потому что даже в этом случае трудно представить что всю стоимость и всю энергию человек использует для себя, есть ещё и общественные потребности. Таким образом представляя производство стоимости или энергии "для себя" происходит строительство "справедливого общества". Справедливость общества состоит в том что бы каждому по труду. Это возможно не справедливо, а в таком контексте и в таком качестве если распределяется весть труд без остатка, без прибавочной стоимости, которая якобы должна обеспечивать общие, общественные потребности. В этом качестве, в качестве обеспечителя общих потребностей выступает государство. В этом и состоит "изюминка" марксизма что он пытается представить товар материализованным, затраченным трудом. Многообразие овеществлённого труда и составляет общественное производство. Такое представление не нуждается в обмене товарами как сущности общества в его свойстве. "Часть такого производства для себя, другая часть общая" - железное правило Карла Марса. Где тут обмен или обращение, которое отличается от обмена лишь тем что между товаром и товаром находятся деньги. Справеливость "справеливого общества" и состоит в том чтобы всё изначально измерить для его справедливого распределения или для пропорционального обмена. Затратил на производство товара время, труд ли энергию - получи общественный аналог в виде общественного труда и состветственно обмен получается как будто-бы справедливый. Что представляет собой детский лепет или неусвоенные уроки истории в частности того что измерить товар и труд в нём справедливо до обмена и для обмена невозможно. В доказательство можно привести пример обменного банка Р.Оуэна или на "социализм".

ot__sohi: Вы, уважаемый Волхов, ошибаетесь, считая что я кого-то ретиво убеждаю, и в особенности самого себя. Я и цель-то такую перед собой никогда не ставил - в отличие от Вас. Заявляя, что «Россия воспрянет ото сна тогда и только тогда, когда каждая домохозяйка «на пальцах» объяснит, почему и отчего произошёл кризис социализма» Вы, тем самым, как это может показаться на первый взгляд, и вызвались своими статьями объяснить каждой домохозяйке и тоже «на пальцах», почему этот кризис произошёл и «как воспрянуть ото сна». Но вот что получается. Чтение ваших текстов сначала вводит в ступор от мудрёно закрученных фраз, а потом и в дрёму, несмотря на желание «воспрянуть…» Что ни фраза, то загадка, то кроссворд… По понимаемости Ваши объяснения «на пальцах» для домохозяйки могли бы составить конкуренцию шумерским глиняным табличкам. За примерами далеко ходить не надо. «Капитализм это общество капиталистов и следующим обществом будет не общество наёмных рабочих, а общество всех, т.е. общество капиталистов» ------- Это как же понимать? Все станут капиталистами? А кто мешки будет таскать? «Карл Маркс открыл этот закон, который состоит в эксплуатации труда, в большем его производстве относительно своей Стоимости» ------- Стоимость товара, по Вашему же определению, это другой товар. Поэтому стоимость труда - это другой труд. Следовательно, закон, открытый Марксом состоит в эксплуатации труда, в большем его производстве относительного другого труда??? М-да... Я всегда считал, труд причастным к созданию полезных вещей, но то что Маркс открыл закон, в вашей интерпретации, по которому есть нечто, что производит сам труд так это выше понимания не только каждой домохозяйки и т.д. «Единственно можно сказать что смелые эксперименты Карла Маркса по ощупыванию и разглядыванию каждого товара, есть, мягко выражаясь, предрассудки. Товары не обладают таким качеством как стоимость, стоимость это товар, который стоит его». -------- Ни о каких экспериментах Маркса по ощупыванию в рамках его учения я не слышал, а если уважаемый Волхов и застал Карла Генриховича за таким занятием, так это понятно. Пришёл человек купить себе ботинки, вот и ощупывает и разглядывает и ищет стоимость. Представте теперь удивление классика, наконец-то таки нашедшего ценник, на котором написано: "СТОИМОСТЬ БОТИНОК РАВНА 2 МЕШКАМ КАРТОШКИ". Маркс-то пришёл в магазин с шиллингами и пенсами, а тут такой казус. Откуда ему было знать, что стоимость ботинок - это другой товар и каким окажется этот другой товар, когда он придёт с 2 мешками картошки - ещё не известно. «Желательно чтобы у человека отшибло эту историческую память, которая «припоминает, что товары обладают стоимостью». Товары просто стоят.» -------- Ну хорошо, «отшибли у человека историческую память», а товары то по прежнему СТОЯТ. Зачем спрашивается, надо было человека калечить? Это как раз то, что в 30-е годы прошлого века называли перековкой, когда в лагерях Гулага вышибали из русского человека его историческую память. «Стоимость исходит из равности и является ею, а не является качеством, свойством товара способного установить равность» --------- То есть равенство стоимостей еще не означает, в терминах изобретенных Волховым, их РАВНОСТИ и наоборот. Если стоимость, как свойство товара не способно установить РАВНОСТЬ, то, что вообще она устанавливает? Если же стоимость исходит из РАВНОСТИ, то ее, т.е. стоимости вторичность по отношению к равности делает стоимость, как понятие вообще ненужным. «Эта равность устанавливается общественно и не надо вычислять и представлять, ощупывая и разглядывая ботинок, пошитый сапожником, как это делает К.Маркс, для обнаружения стоимости этого ботинка.» --------- Интересно было бы узнать, как автор представляет саму процедуру общественного установления этой равности без вычислений, ощупывания, разглядывания… «Я не верю в прибавочную стоимость» --------- Верую или не верую - это на форум РПЦ. Это их профиль. Вам туда. ПРИРОДА ежегодно в репродуктивных процессах производит биллионы тонн ПРИБАВОЧНОГО органического вещества. Человек же в своей экономической деятельности всего лишь копирует ПРИРОДУ,производя прибавочный продукт, не видеть который может только слепой на все 5 органов чувств.

волхов: Спасибо за подсказку в отношении того, что то, что я хочу донести, похоже на клинопись. Но я, во-первых, опираюсь на понятия, допустим, капитал не как на то что лежит в мешке по кроватью в виде купюр и слитков. Капитал - это другой общественный труд. Сапожник является по своей сути капиталистом потому, что он является обладателем другого общественного труда. Капиталист является капиталистом потому, что он обладатель другого общественного труда, даже если он как в первом случае не применяет наёмный труд. Применяя его, он остаётся в том же качестве, но в отношении наёмного работника он поступает как эксплуататор, т.е. присваиватель "прибавочного труда", потому что он оплачивает пролетарию рабочую силу. Понятие труда не совместимо с наемной рабочей силой, наёмный труд - понятие в высшей степени абстрактное. Труд находится в общественно-полезной вещи, производство полезной вещи не есть труд. Потому что никак и ничем не может проявиться, определиться её полезность. Полезная вещь - это вещь полезная не сама по себе, а поленая другим, обществу. Эта полезность может проявиться только в обмене. Даже К.Маркс иногда не может это обойти. "Но является ли труд действительно полезным для других, удовлетворяет ли его продукт какой-либо чужой потребности, — это может доказать лишь обмен," "Капитал" т2-96. А ощупывал он каждый товар в надежде обнаружить стоимость в т.1 -57, что является нарушением самого понятия товара, который товар тогда товар, когда продаётся, обменивается. Про ценники он писал в том же духе, что написано на нём то и есть стоимость товара. Потому это не его стоимость потому что принимая это как данность мы попытаеся понять, а почему же ое стоит, например 1000 рублей. Потому всему началом является открытие Аристотеля что в двух обмениваемых товарах находится равный труд. Это и ни что другое является началом науки и это не обойти ни с какого бока. Обращаю Ваше внимание на обмениваемх товаров. Игнорировать это положение невозможно, также как и то как с ним поступил К.Маркс. если в двух обмениваемх товарах содержиться равный труд, то равный труд (труд в понятии Маркса) может образовать равество произведённых этим равным трудом товаров. Как теперь мы понимаем не может, даже потому что произведённый трудом, его затратами, вещи не товары.

волхов: В рамках рассмотрения понятия прибавочной стоимости, понятия, которое было открытием Карла Маркса, вместе с материалистическим пониманием истории. Последнее может быть оспорено тем что сама прибавочная стоимость являясь частью материального объекта произведённого трудом, представлять товар овеществлённым трудом, не может быть частью не материальным. Да он и сам, представляясь над «вещной формой одинаковой стоимостной предметности», как на очень по крайней мере странным и даже забавным понятием. Почему именно одинаковой, как и стоимостной формой продукта труда вместе с «вещной формой» и предметностью. Рассматривая внимательно эту цитату материалистом, этого не скрывал, называя «примитивным воззрением, согласно которому прибавочная стоимость должна быть выражена в каком-нибудь материальном предмете», т.46, ч.1, с.285. Разговор потому идёт о материальной, вещной сущности продукта труда. «Равенство различных видов человеческого труда приобретает вещную форму одинаковой стоимостной предметности продуктов труда; измерение затрат человеческой рабочей силы их продолжительностью получает форму величины стоимости продуктов труда»,23-83. Материалистам я предлагаю задуматься можно высказать два пожелания. Во-первых для понимания «стоимостного» равенства поменять предложения местами. Второе предложение на месте первого даёт возможность понять величину стоимости продукта труда, измерениями затрат «человеческой рабочей силы», которое устанавливает «равенство различных видов человеческого труда одинаковой стоимостной предметности». Во-вторых в первом предложении К.Маркс пользуется понятием труда, во втором понятием рабочей силы, тем самым создавая иллюзию одинаковости этих понятий. Но самое интересное то чем является продукт труда? Товаром или полезной вещью? Если взять поглубже, изначально, то товар производится как полезная вещь и в таком виде представляет собой продукт труда. Подходя же к продукту труда, вещи произведённой трудом с ценником мы представляем что это уже товар. «Так как величина стоимости товара выражает лишь количество заключающегося в нём труда»,23-55, мы пытаемся понять где произошло чудесное превращение просто полезной вещи, произведённой просто трудом в товар, для того чтобы выяснить хотя бы то что является действительным и действительно продуктом труда - полезная вещь или товар? Какое понятие отражает и выражает продукт труда? Можно ли понять «различие между трудом, поскольку он имеет своим результатом потребительные стоимости, и трудом, поскольку он имеет своим результатом меновые стоимости»,13-17. Обращая внимание на различие между трудом создающим потребительные стоимости,т.е. по сути полезные вещи и трудом создающих товары, рассуждения о том что «потребительные стоимости двух товаров, содержащих одинаковое рабочее время, представляют одну и ту же меновую стоимость. Таким образом, меновая стоимость выступает как общественная определённость потребительных стоимостей»,13-21, представляют собой глубоко порочными выводами ввиду радикальной различности потребительной и меновой стоимости. Даже из того что «меновая стоимость товаров в действительности есть не что иное, как взаимное отношение труда отдельных лиц в качестве равного и всеобщего»,13-17. Потому укрепляемся в мысли что «потребительная стоимость вещей реализуется для людей без обмена, т. е. в непосредственном отношении между вещью и человеком, тогда как стоимость может быть реализована лишь в обмене, т. е. в известном общественном процессе»,23-94. Можно ли считать общественным процессом «производство потребительных стоимостей, т.е. по сути полезных вещей»? Вопрос повисает в воздухе потому что мы соглашаемся с Карлом Марксом в том что «Если бы товары обладали даром слова, они сказали бы: наша потребительная стоимость, может быть, интересует людей. Нас, как вещей, она не касается. Но что касается нашей вещественной природы, так это стоимость. Наше собственное обращение в качестве вещей-товаров служит тому лучшим доказательством»,23-94. Можно ли понять это с позиции марксизма то что «Быть потребительной стоимостью представляется необходимым условием для товара, но быть товаром, это — назначение, безразличное для потребительной стоимости»,13-15. «Одинаковая стоимостная предметность продукта труда» имеет двойственное значение, смотря чем её представлять. Представляя её товаром мы представляем товарную стоимость, представляя продукт труда полезной вещью понимаем другое отношение, другую пропорцию. Вообще, хотя К.Маркс и писал об обмене «потребительных стоимостей» но такой обмен возможен только товарный, обмен «меновыми стоимостями». Кавычки в значении стоимости по отношению к товару предполагают не товарное, а стоимостное отношение. Предположение стоимости в товаре имеет утопические, меркантилистские корни в части того что она «стоимость» должна определяться стоимостью. Например утопическое допущение стоимости товара в 1000 рублей предполагает оперирование стоимостью. Предполагает образование стоимости из стоимости и прекращает представлять товар элементарной частью общественного производства. Представлять до него «другие товары, которые его создают», как вещи обладающие стоимостью. Стоимость труда, пластмассы и железа, которые образуют стоимость данного товара, которое почему-то не совпадают с его меновой стоимостью на величину «прибавочной». Это входит в противоречие с тем что «Лишь в рамках своего обмена продукты труда получают общественно одинаковую стоимостную предметность»,23-84. Теория стоимости выражаемая Карлом Марксом напоминает игру в пинг-понг; он об этом говорит и обмен устанавливает стоимость и стоимость образует обмен. Это предложение надо строить по другому, как и рассматриваемое выше «общественно одинаковая предметность» должна образовывать обмен, как «стоимостное» отношение двух товаров». Он же пишет что обмен указывает и образовывает равенство продуктов труда. Потому поистине главное открытие Карла Маркса состоит в том что он по иному взглянул на общество. Как для англичанина Т. Мора обществом или государством, для утопистов разницы между этими понятиями не существует, был остров, для Карла Маркса таким островом являлось отдельное капиталистическое предприятие. Ведь его устройство, по его же словам «наиболее подходит для производства потребительных стоимостей». Ведь капитализм как новая обществеенная формация давал пример того как малым, организованным трудом производить больше «стоимостей». Труд, который производил эти «стоимости» покрывался малым их значением, образовывалась, получалась «излишняя», «прибавочная стоимость», присваиваемая капиталистом, функции которого сводились к грамотной организации труда. Вот эта мыль о «новом обществе» построенного на примере отдельной фабрики и эксплуатировалась и К.Марксом и А.Смитом, который на примере булавочной фабрики показывал «излишнее производство стоимости», за счёт организации её (стоимости?) производства. Общественное производство потребительных стоимостей, полезных вещей, может и товаров, К.Маркс не слишком изнурялся подходом к понятиям, было тем лучезарным светом которое предполагало такое производство которого с избытком хватит всем. Этот избыток в виде «прибавочной стоимости», присваиваемый капиталистом обратить в «народное достояние». Потому его внимательное и придирчивое рассмотрение обмена не имеет никакой почвы на отдельном предприятии. Каждый знает что на отдельном предприятии обмена не происходит, да и сам К.Маркс об этом пишет «на каждой фабрике труд систематически разделён, но это разделение осуществляется не таким способом, что рабочие обмениваются продуктами своего индивидуального труда»,23-52. Потому что внутри предприятия понятие труда можно рассматривать только абстрактно, потому что не воплощается в товар, который есть продукт труда. Внутри производятся полезные вещи. Потому взаимодействие понятия труда проявляется вне этого. Вот этим, «производством стоимостей», которое не только покрывает труд, но и производит некоторый избыток и прельстил людей Карл Маркс, показывая пример в виде отдельного предприятия. Перекос в производстве общественного строительства нового общества и случился из-за того что продуктом труда являлся не товар, а полезная вещь. Такого производства в котором «Весь продукт труда союза свободных людей представляет собой общественный продукт. Часть этого продукта служит снова в качестве средств производства. Она остаётся общественной. Но другая часть потребляется в качестве жизненных средств членами союза. Поэтому она должна быть распределена между ними»,23-90. Она входит в противоречие с его же словами «Этот фетишистский характер товарного мира порождается, как уже показал предшествующий анализ, своеобразным общественным характером труда, производящего товары. Предметы потребления становятся вообще товарами лишь потому, что они суть продукты не зависимых друг от друга частных работ. Комплекс этих частных работ образует совокупный труд общества. Так как производители вступают в общественный контакт между собой лишь путём обмена продуктов своего труда, то и специфически общественный характер их частных работ проявляется только в рамках этого обмена. Другими словами, частные работы фактически осуществляются как звенья совокупного общественного труда лишь через те отношения, которые обмен устанавливает между продуктами труда, а при их посредстве и между самими производителями»,23-84. Это и является главным противоречием теории или производство полезных вещей и их распределение или производство товара и их обмен. Товарный обмен, а не «стоимостной» образует общество и устанавливает отношение между производителями. «Строительство рынка» потому и показывает пропорциональность и гармоничность общества отношением товаров их непосредственным обменом. Установление такого отношения «научным вычислением стоимости» для справедливого обмена ничего, кроме диспропорции обществу не принесёт. Само собой предполается отмена вопроса кому должна принадлежать «прибавочная стоимость» и с предельной ясностью встаёт вопрос кому принадлежит продукт труда – товар?

посторонний: ...прибавочная стоимость являясь частью материального объекта произведённого трудом, представлять товар овеществлённым трудом, не может быть частью не материальным. Да он и сам, представляясь над «вещной формой одинаковой стоимостной предметности», как на очень по крайней мере странным и даже забавным понятием. Почему именно одинаковой, как и стоимостной формой продукта труда вместе с «вещной формой» и предметностью. Кто-нибудь может объяснить что эти фразы означают?

ot__sohi: Сделать дословный перевод этого фрагмента текста Волхова представляется делом непосильным и ненужным, но общий смысл его послания с большим трудом, но просматривается. Если в арифметике 2+2=4, то с какой стати в экономике 2+2 всегда получается больше четырех и этой самой прибавочной стоимости по Волхову в реалии не существует.Все это от лукавого.Если в первое предложение внести некоторые поправки,то вот ,что получается:...прибавочная стоимость являясь частью материального объекта произведённого трудом, представлять товар овеществлённым трудом, не может ( быть) ЯВЛЯЯСЬ частью (не материальным.) НЕМАТЕРИАЛЬНОГО. То есть в товаре помимо труда материализовано еще нечто нематериальное, а этого не может быть, потому что только труд овеществленный в товаре и является выражением стоимости товара и при этом для подкрепления своей позиции ссылается на авторитет очень древнего грека. С позиции трудовой теории стоимости(ТТС) это верно, что 2+2 всегда должно быть равно 4 и не пенса больше,а если в реальной экономике 2+2 всегда больше 4,что опровергает ТТС, то тем хуже для этой самой экономики, что и доказывает(НА ПАЛЬЦАХ ДЛЯ ДОМОМОХОЗЯЙКИ) в своих статьях УВАЖАЕМЫЙ ВОЛХОВ.

посторонний: Не, я считаю, что фразы вроде тех, что я выше процитировал - это уже перебор и издевательство. Если человек не считает нужным хотя бы правильно расставлять слова в предложении, то с таким человеком говорить не о чем. Был тут уже великий писатель Совет, который сочетал в себе два противоположных качества - крайнее косноязычие с крайней же болтливостью. При этом он настоятельно требовал аплодисментов и лаврового венца. Вместо того и другого мы ему тут всучили банный веник (бывший в употреблении) с коим он и удалился в конце концов. Теперь банный веник (уже дважды б/у) заслуженно переходит Волхову.

Антон Совет: посторонний пишет: Был тут уже великий писатель Совет, который сочетал в себе два противоположных качества - крайнее косноязычие с крайней же болтливостью. При этом он настоятельно требовал аплодисментов и лаврового венца. Вместо того и другого мы ему тут всучили банный веник (бывший в употреблении) с коим он и удалился в конце концов. Теперь банный веник (уже дважды б/у) заслуженно переходит Волхову. В одном абзаце «посторонний» умудрился поместить несколько лживых и ошибочных утверждений: 1. Я не был, а постоянно есть на этом форуме. Кстати, в качестве модератора. И уже около 10 лет. Просто, уже скоро год, как я устроился на работу. В качестве главного инженера в одну из московских строительных фирм. И поэтому, ясно, не имею много времени для работы в Сети. 2. Удалялся с этого форума не я, а мистер «посторонний», когда стало ясно ему, что хамство, мат и презрительность по отношению к другим участникам здесь не проходят. А также и повторная регистрация под другими никами (Энгельс). 3. Пусть этот нехороший человек приведет доказательство того, что я: a. Косноязычен (примеры из опубликованного мною на ФМ). b. Болтлив (примеры, где было что-то мною сказано не по делу). c. Доказательства того, что я требовал лавров и аплодисментов.

посторонний: О, вот и Совет, с веником под мышкой... Помяни черта... А насчет доказательств тебе ВСЕ было доказано - просмотри свои портянки, которые ты на этом форуме накатал - и увидишь. А не увидишь, так стало быть ты не только болтлив и косноязычен, так еще и слеп... А веник отдай Волхову, себе можешь оставить разве что пару прутиков... Это-ж надо, ты и на этом состязании в пустословии - проиграл!

Антон Совет: Как и следовало ожидать: одни голословные утверждения. Немножко сдобренные плоским юмором. :)

Антон Совет: Совет постороннему («Энгельсу» и, если память не изменяет, «Каутскому»): срочно идите на Социнтегрум. Там ваш единомышленник Калюжный форум полностью угробил. Вместе будете восстанавливать. Лебедева не забудьте разбанить. Без этого светоча мысли вам не обойтись. :)

посторонний: Эх, Совет. Твое счастье, что мне опять нечего делать. Поэтому, так и быть приведу пару перлов твоего красноречия: Стоимость вообще есть целое, составленное из множеств этих товаров, как из своих частей. Между которыми существует определенная связь. Осуществляемая сторонами обмена. Соотношение товаров, как и соотношение вообще, есть вещь симметричная. В которой товары находятся в одинаковом положении, имеют равные «права». Антоша, ты на кой черт точки ставишь где ни попадя? Ты что не видишь, что своими точками ты одно предложение превращаешь в 2 или 3 бессмысленных фразы? И ведь не сказать что это у тебя случайно получается: ты ведь сознательно этим злоупотребляешь. Тебе наверно кажется, что этим ты себе стиль создаешь. И стиль действительно получается - корявый и смешной. Валяй дальше в том же духе, смеши людей. В качестве напутствия вот тебе мой стих: Антоша Совет Сладкозвучный! В риторике ты знаешь толк! Нехватку мыслей маломальских Ты компенсируешь с лихвой Обильем знаков препинанья, Разбрасывая их там и сям, своею щедрою рукой. Без толку, правда, и уж разумеется, без смысла… Зато назло читателю. И поделом ему. Пусть он поймет (коли еще не понял), Что опусы читать твои – примерно то же, Что, спустив штаны, Румяным задом ерзать по не струганной скамейке. – Эффект такой же. Или, пожалуй, даже хуже. Ведь от не струганной доски В заду останутся, по крайней мере, хоть занозы. А от твоей-то писанины – НИЧЕГО. Ни в голове, ни в, прости господи, заду.

Антон Совет: Ладно, посторонний человек. Хотел обидеться на тебя за очередной низкопробный прием – переход на «ты» без согласования, но решил не делать этого. Вижу: без толку всё. Недоступны тебе правила русского народа в этом плане. Поэтому перехожу на доступную форму обращения. Для тебя. Что касается твоих мнений о моих мнениях и способах их выражений, то продолжай в таком же духе. Хула таких людей, как ты, Калюжный, Лебедев, для меня есть высшая похвала. Это говорит мне о том, что я иду в правильном направлении. Больше мне с тобой некогда возиться. Но предупреждаю: мат и хамство будут удаляться мною. И в отношении меня, и в отношении других участников. При повторах буду ставить вопрос перед администрацией форума о твоем удалении с форума.

посторонний: Хула таких людей, как ты,.. для меня есть высшая похвала. Совет, это что же выходит, я тебя - хвалю, да еще и по высшему разряду, а ты меня за это - банить?.. О боже, уж если сам Совет... Нет правды на земле! Замри, разящая десница! Не наноси безжалостный удар!.. Не будь же дурой, в самом деле! Кто окромя меня тебя оценит, И прочитает, и хвалу воздаст?

волхов: Я прошу у пишущих, как говорили на советских собраниях, соблюдать регламент (порядок) не переходить на личности и высказываться по существу, по существу прибавочной стоимости. Я же считаю что понятие «прибавочная стоимость» возникло из недостаточного осмысления себя, человека, в существовании его в ойкумене. Чему способствует ретроградный образ человека «производящего стоимости» и резко и принципиально выступаю против того что до сегодняшнего дня этому учат наших детей. Сначала хочу показать что стоимость это другой общественный труд. В объяснение таким образом мира, органически образовалась с возникновением обмена и соответственно общества. Само общество возникло после разрушения общины. Общество возникло тогда, когда человек осознал себя человеком и общество есть социум взаимодействия труда и труда. Карлу Марксу оказалось достаточно одного труда, труда «производящего стоимости» для объяснения всех нюансов общества. Во-первых общество он объясняет совокупностью производимого труда, т.е. для него труд нескольких человек или сотен и тысяч является общественным трудом. Таким для него является и труд в общине и труд на отдельном заводе, чего даже нельзя представить. Во-вторых всё общественное производство, в его понимании – это производство стоимости «для себя». Таковым он показывает общинное производство, где производились «потребительные стоимости», которые благополучно распределялись между охотниками на мамонтов. Товары же также как и производство стоимости вообще (капиталистическое производство), только частью распределяются между «производителями стоимости» наёмными рабочими и капиталистами, таким образом достаётся самим производителям, частью обеспечивают «труд по производству). Представляется и показывается «избыточное производство». Это даёт право К.Марксу показывать разницу между трудом и производством (общественно – капиталистическим) «прибавочным трудом» и «прибавочной стоимостью», для объяснения избыточного производства «стоимости». Это также объясняет общественное производство «потребительных стоимостей», которые распределялись полностью и товаров, в распределении которых наблюдается остаток, т.к. как в общественно-капиталистическом, так и в производстве его элементарной части –товара, человек вначале производит «стоимость для себя», стоимость для обеспечения своего труда, другую часть «производства стоимости» отдаёт безвозмездно капиталисту. Общее же производство для себя и для капиталиста даёт параметры общего, общественного производства «производства трудом стоимости», в котором труд производит «больше стоимости», её избыток. В этом ненаучность выражения переплетается и дополняется абстрактным существованием человека в мире, обществе. Человек никогда не производит для себя, а если производит, то это абстрактный труд. Представляя и показывая в производстве стоимости товара труд «для себя» марксизм и обоснуется этим абстрактным трудом. Человек производит для других и стоимость и общественный труд, который безусловно только из этого взаимодействия является, появляется и проявляется общественным как труд других. Утопия марксизма потому и связывается с производством трудом стоимости, которая (стоимость) является принципиально и конкретно другим трудом.

волхов: Я прошу у пишущих, как говорили на советских собраниях, соблюдать регламент (порядок) не переходить на личности и высказываться по существу, по существу прибавочной стоимости. Я же считаю что понятие «прибавочная стоимость» возникло из недостаточного осмысления себя, человека, в существовании его в ойкумене. Чему способствует ретроградный образ человека «производящего стоимости» и резко и принципиально выступаю против того что до сегодняшнего дня этому учат наших детей. Сначала хочу показать что стоимость это другой общественный труд. В объяснение таким образом мира, органически образовалась с возникновением обмена и соответственно общества. Само общество возникло после разрушения общины. Общество возникло тогда, когда человек осознал себя человеком и общество есть социум взаимодействия труда и труда. Карлу Марксу оказалось достаточно одного труда, труда «производящего стоимости» для объяснения всех нюансов общества. Во-первых общество он объясняет совокупностью производимого труда, т.е. для него труд нескольких человек или сотен и тысяч является общественным трудом. Таким для него является и труд в общине и труд на отдельном заводе, чего даже нельзя представить. Во-вторых всё общественное производство, в его понимании – это производство стоимости «для себя». Таковым он показывает общинное производство, где производились «потребительные стоимости», которые благополучно распределялись между охотниками на мамонтов. Товары же также как и производство стоимости вообще (капиталистическое производство), только частью распределяются между «производителями стоимости» наёмными рабочими и капиталистами, таким образом достаётся самим производителям, частью обеспечивают «труд по производству). Представляется и показывается «избыточное производство». Это даёт право К.Марксу показывать разницу между трудом и производством (общественно – капиталистическим) «прибавочным трудом» и «прибавочной стоимостью», для объяснения избыточного производства «стоимости». Это также объясняет общественное производство «потребительных стоимостей», которые распределялись полностью и товаров, в распределении которых наблюдается остаток, т.к. как в общественно-капиталистическом, так и в производстве его элементарной части –товара, человек вначале производит «стоимость для себя», стоимость для обеспечения своего труда, другую часть «производства стоимости» отдаёт безвозмездно капиталисту. Общее же производство для себя и для капиталиста даёт параметры общего, общественного производства «производства трудом стоимости», в котором труд производит «больше стоимости», её избыток. В этом ненаучность выражения переплетается и дополняется абстрактным существованием человека в мире, обществе. Человек никогда не производит для себя, а если производит, то это абстрактный труд. Представляя и показывая в производстве стоимости товара труд «для себя» марксизм и обоснуется этим абстрактным трудом. Человек производит для других и стоимость и общественный труд, который безусловно только из этого взаимодействия является, появляется и проявляется общественным как труд других. Утопия марксизма потому и связывается с производством трудом стоимости, которая (стоимость) является принципиально и конкретно другим трудом.



полная версия страницы